Ира усмехнулась, уселась на корточки, склонила голову набок и принялась разглядывать девочку, копируя ее движения.

– А маме некуда нас девать, – сказала девочка в конце концов заставив Наталью густо покраснеть.

Решение привезти детей Ивану пришло к ней спонтанно, прямо сегодня утром. Два часа назад, если быть точнее. Накануне вечером Наталья наблюдала, как из ее дома – их с Иваном загородного дома – бригада грузчиков вынесла письменный стол из ценных пород дерева, телевизор, еле помещавшийся в гостиной, и беговую дорожку. Когда выносили беговую дорожку, рабочие поцарапали стену так, что остался длинный глубокий след на светло-сиреневой венецианской штукатурке.

Сам любовник Натальи, теперь уже тоже бывший, уехал еще два месяца назад, а теперь забирал свои любимые вещи. Они были слишком тяжелы, чтобы пихнуть их в свой «Ауди» под крики и обвинения Натальи. Несовместимы, сказал он. Это было ошибкой, сказал он. Чувства прошли.

Ага, прошли.

Зачем были выброшены на ветер три года жизни? Столько сил, чтобы получить официальный развод. Столько надежд, столько романтической ерунды о том, что «зрелый и разумный» да «без заскоков и ерунды».

Взрослый, начитанный, прекрасный экономист, благородная седина пробивается в висках. Никогда не опаздывает, всегда подходит, чтобы открыть дверцу в машине.

Никаких «Наташка, иди к нам, мы тут поспорили, кто сможет нарисовать голую бабу, стоя на одной ноге».

Чувства серьезного зрелого мужчины прошли два с половиной месяца назад, когда Наталья категорически отказалась финансировать сеть пунктов выдачи заказов из интернет-магазинов. И вообще, оказалось, что, если костюм сидит идеально, а внешность презентабельная и вызывающая доверие, это еще не значит, что ты будешь успешным бизнесменом.

Кредиты не погасить уверенностью в себе.

После того как Наталья отказала ему, было так много разговоров, много споров и обвинений, аргументирования и швыряния стаканов об пол. Любовник обижался, Наташа извинялась, а потом он прощал ее, они мирились, и начиналось все сначала. Наталья вспоминала о временах, когда они с Иваном ругались в пух и прах.

Тогда прощения просили у нее.

Через несколько дней ненормального пресса Наталья сказала своему любовнику усталым тоном, что уже не чувствует себя достаточно молодой, чтобы ввязываться в чужой бизнес и тянуть еще один проект.

А в то, что он все будет делать сам, она просто не верит.

К своим тридцати четырем, если уж она чему и научилась, так это видеть перспективы в бизнесе. Или их отсутствие. И что она лучше купит домик в Сочи, тем более что сегодня это так модно. А зимой в Москве так холодно и сыро.

Где-то после этого разговора его чувства и угасли, если они вообще когда-то и были. Хотя, наверное, были.