Моя фамилия – Чемезов. И я… я должен найти ее.

– Кого? – окончательно запуталась несчастная женщина.

– Ирину.

– Она что, тоже пропала? – еле слышно, одними губами прошептала она.

Где-то тут Иван понял, что сказал что-то ужасное и что, если он немедленно не сделает что-то, незнакомая ему женщина на том конце провода может заработать инфаркт.

– Нет-нет, – сказал Иван. – Просто… я люблю ее. А она мне не верит. Даже моя бывшая жена верит, а Ира – нет. И мне очень важно сделать так, чтобы она мне поверила.

– Вы что? – выпалила Мария Николаевна, потрясенная до глубины души.

* * *«Сапсан» до Московского вокзала летел как птица, оставляя за окошками темные, размазанные, подмоченные дождем пригороды Москвы. Ирина сидела в своем кресле, наискосок от окна, и, почти не моргая, смотрела на улетающий в небытие пейзаж.

Марк был прав. Нужно быть реалисткой. Слепая надежда – слишком тяжелый наркотик, она и так уже слишком долго позволяла себе верить в ею же придуманные сказки. Мир жесток и даже чудовищен, а люди в нем способны на все, что угодно. Но кое на что они все-таки не способны. Есть ли вообще в этом мире любовь? Что это такое? Просто жалкие и отчаянные попытки согреть друг друга в пещере в особенно холодную зимнюю ночь.

«Как он мог подумать, что я взяла картину?»"

"Эта мысль жгла Ирину изнутри, заставляя морщиться от отвращения. Все это время он жил рядом с ней, он спал и в то же время считал ее воровкой. Что это? Каким циником нужно быть, чтобы поступить так? Отчего не подошел и не спросил обо всем напрямую, не бросил обвинение в лицо? Только чтобы продолжать спать с ней?

Она ошибалась, в нем, в себе, в том, как устроен этот мир.

Может быть, потом он бы даже добился ее ареста, обвинения. Мог он так сделать? Нет, Ирина не могла в это поверить. Впрочем, она в такое количество вещей не смогла бы поверить, но они случились с нею. Значит, пора уже становиться умнее. Пора возвращаться домой. Ей нужно о многом подумать. Многое сделать. Ей нужны деньги – она оставила последнее, что у нее было, Ивану. У Марка еще оставались деньги за проданную машину, но и они скоро утекут сквозь пальцы. Впереди путь, конец которого наступит, только когда Ирина найдет дочь. Это – самое главное. Это – единственное, о чем она должна думать.

Об этом – и о своей маме.

Выбросить из головы все остальное. Дыши, смотри в окно, не думай ни о чем. Завтра волны вынесут тебя на берег Московского вокзала вместе со всеми этими уставшими, спешащими куда-то людьми, и Иван Чемезов останется только тенью прошлого, случайностью, случившейся в нужное время. Меньше всего ты должна вспоминать его светло-серые глаза, его внимательный взгляд, изучающий тебя так, словно хочет запомнить навсегда. Или раздевает глазами.