Настолько загадочными и пугающими они выглядели: их прожигающие глаза, хищный оскал, ширина плеч, крепкие руки, твердые мышцы. И от них веяло всепоглощающим огнем.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Пришла, — утверждает отрезвляющее шипение брутального красавчика, и я рефлекторно прячусь за Олдена.

Из коридора доносится глухой злорадный смешок Басанти.

Ужас — это мягко сказано. Меня охватила дикая паника, какую я не испытывала даже в детстве, когда меня сбросили в реку, чтобы научить плавать. Мои пальцы впились в мужскую руку. От головокружения начало мутить.

Олден захлопнул дверь, едва не прижав любопытный нос Басанти, и развернулся к своим братьям.

— Давненько вас не было, — фыркнул им совсем не в гостеприимной манере.

— Да, мы слышали, за это время Самира стала Диким Одуванчиком, — усмехнулся блондинистый, сузив ледяные синие глаза.

— После того, как вы развратили ее! — рявкнул Олден.

Опаньки, вот это новости! Значит, Самира не сама доперла до мысли стать проституткой, ее родные братики мужа к этому подтолкнули. Ну и гады!

— Не развратили, а помогли найти ей себя, — уточнил брюнет с вьющимися длинными волосами. — Ну же, сахарочек, выходи, — поманил он меня, и у меня вмиг ноги вросли в пол. — Мы с пустыми руками.

Его взгляд упал на повязанную золотой лентой коробку.

— Ей ничего от вас не нужно! — Олден сделал шаг вперед, угрожающе сжав кулаки."

"— Даже приглашение на бал в императорском дворце самого Крайтона? — коварно улыбнулся блондин и пригубил янтарный напиток.

Бал? Императорский дворец? Крайтон? А ведь Хал говорил, что он принц! Зачем его отцу приглашать к себе шлюху, применившую к его сыну магию? Если верховный монарх цивилизованного мира выяснил, что Самира причастна к бедам Хала, то рано или поздно до меня доберутся, и я пострадаю из-за ее проделок! А я хочу жить!

— О, я очень хочу пойти на бал! — Я выскочила из-за Олдена и кинулась к коробке. Развязала бант, откинула крышку и вынула красивое шелковое платье с глубоким декольте и пышной юбкой. Еще там лежали туфельки, украшения, веер, клатч.

— Нравится? — сверкнул глазами брюнет, положив свою руку на выпуклый пах.

Я сглотнула, поняв, что эти дары надо отработать. Да и Басанти заикнулась про долг Самиры… Я сглотнула еще раз, вспомнив про тройничок.

— Это не Самира! — процедил Олден. — Она никуда не едет и ничего вам не должна!

— Ой, уймись! Что ты несешь? — нервно усмехнулась я, а у самой пальцы задрожали и ладони вспотели.

Мне важно обо всем рассказать императору Крайтона до того, как он организует мою казнь.

Олден кинул на меня хмурый взгляд, скрипнул зубами и цыкнул.