— Задача искусства не копировать что-то, а сквозь определенные моменты увидеть чистую волю, показать боль, страдание. Искусство — это когда душу в клочья разрывает, слышала такое?

— Сам придумал? — ее миленькие глазки сужаются, а губки-вишенки чуть вытягиваются.

— Нет, дядя Шопенгауэр.

— Слушай, я… — она хочет сказать что-то еще, но телефон на столе начинает вибрировать. Диана тайком поглядывает на экран, взгляд ее меняется, в нем будто появляются тревожные нотки. Но я не обращаю на это внимания, проблемы семейства Орловых меня интересуют в последнюю очередь.

— Ди, — сокращаю имя девчонки в точности, как это делает Матвей. — Составь мне компанию в кафе.

— Мне пора, — она неожиданно подрывается с места и начинает собирать вещи.

— Отлично, я тоже уже устал торчать здесь.

— Угу, — кому-то кивает Орлова, но явно не мне. Накидывает рюкзак на плечи и, не говоря больше ни слова, спешно мчит к выходу. Вот это манеры! Так меня девушки еще не динамили!

Стучу пальцами по столу, затем все-таки решаю последовать за девчонкой. Выхожу за пределы аудитории библиотеки, поднимаюсь по лестнице, оказавшись в пустом плохо освещенном коридоре. Однако впереди нет фигурки Дианы, что знатно выводит. Интересно, куда она так спешила?

Я тоже ускоряюсь, дальше парковки моя цель не могла уйти. Навстречу идет упакованный в брендовку парень, хотя с виду кажется, будто офисный клерк какой-то или препод по праву, уж больно строго одет. И этот товарищ то ли специально, то ли так просто получилось, задевает меня плечом. Я бы может и не отреагировал никак, мало ли, вот только он открывает рот первым:

— Осторожнее, студент, — рычит недовольно брюнет.

— Чего? — поворачиваюсь, а он скалится, словно голодный волк.

— Говорю, по коридорам надо медленнее ходить.

— Согласен, — киваю. — Поэтому в следующий раз сбавляй скорость и глаза шире раскрывай. Окей?"

"Он делает шаг навстречу ко мне, но держит дистанцию. Обычно так себя ведут показушники и трусы.

— Студентишка, — язвит брюнет. — Манерам не учили? Перед тобой…

— Манерам? — я наклоняюсь к нему и отряхиваю невидимую соринку с идеально выглажено пиджака. — А ты что у нас важная птица? Хотя знаешь что?

— Руки убрал, — он отталкивает меня, и это выглядит до того смешно, будто девчонка насупилась и пытается важничать.

— Не боись, — хлопаю его по плечу. — Не обижу.

— Ты… — в глазах брюнета сверкают огоньки, кажется, кое-кто готов кинуться на меня коршуном. Однако не кинулся, до сих пор стоит, стиснув челюсть. Зачем только лез на рожон, не понимаю.

— Денис! — пустой коридор неожиданно заполняет голос Дианы. Он звучит до боли необычно, из него пропала былая дерзость и уверенность, с которой она грубила мне. Ее голос, словно хрусталь, который рассыпался на осколки.