Но сейчас не место панике. Делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться, так или иначе, мне нужно ехать в больницу, выясню все на месте.

— Бедная девочка, она так кричала, — сочувственно причитает одна из бабулек. Ее слова заставляют меня резко повернуться. Они словно нож, который раз за разом пронзает плоть, оставляя кровоточащие раны.

— Что, — хриплым от волнения голосом говорю я. — Произошло?

— Около часа назад я услышала крики, но не придала этому значение, так как подобное было и до этого, — отвечает она совершенно обыденным голосом.

— До этого? — задает вместо меня вопрос одна из женщин, которая до этого стояла около подъезда.

— Да, — кивает бабушка. — Мужской крик я не раз слышала, видимо они там частенько ругались. Поэтому в этот раз не придала особого значения. Но потом появился этот парень и закричал так, будто он потерял самое драгоценное в его жизни.

Я сглатываю, ощущая как виски сводит от давления. Перед глазами Диана и то, как она могла звать на помощь. А что делал я этот момент? Стоял рядом с Агатой и планировал наш совместный вечер? Ненавидел отца, пока мою бедную сестру кто-то… бил.

В эту минуту, ненависть к себе зашкаливает до предела. Я хочу разнести всех, найти гада, кто посмел тронуть мою Диану. Сперва мне даже кажется, что к этим зверствам причастен Кирилл, но тут бабушка опровергает мою мысль.

— Тот юноша, который сел в машину, он и вызывал скорую.

— Да может он сам ее и покалечил, — предполагает другая женщина.

— Нет, нет, — заверяет бабуля. — Я выскочила в подъезд и увидела в открытую дверь, как он умолял открыть глаза Дианочку. Он плакал.

Грудь сводит от спазма. Я провожу рукой вдоль области ключиц, ощущение, словно задыхаюсь.

В глазах застывают слезы, и я срываюсь с места, словно стопы обдало огнем. Бегу к машине, запрыгиваю в нее и так резко трогаюсь с парковки, что визг от колес разносится по тихой улице.

В голове стоит одна-единственная фраза:

«Подобное было и до этого».

Никто, кроме Дениса не ходил к моей Ди домой. Сука! Выходит это он ее избил. Увалень под два метра ростом, решил показать себя мужиком перед девочкой, которая едва доставала ему до груди. Я никогда не питал к Дэну добрых чувств и понимал, что они с Ди встречаются только потому, что так было нужно нашему отцу, но я и подумать не мог, что он способен ударить ее.

Неужели сыграло чувство собственничества? Диана, сказала, что хочет расстаться с ним и он, таким образом, решил отомстить? Побоялся потерять лакомый кусочек?

После того, как удостоверюсь, что с сестрой все в порядке, я найду эту тварь и выбью из него всю дурь. Он пожалеет, что родился на свет и просто дышал с Дианой одним воздухом. Урод! Ненавижу!

От злости я так сильно сжимаю руль, что костяшки становятся красными.