Он был в ярости, я так и не понял почему. Его вроде как взбесило, что именно я нашел его пятнадцатилетнюю сестру.

— Ты ее трогал? Лапал ее? Не смей даже в сторону ее смотреть, — таким я Таира в жизни не видел.

— Что ты несешь, а? Меня твоя мать попросила. Думаешь, я сам вызвался за малолеткой по всему городу носиться? Следили бы за ней лучше!

— Тебя спросить забыли! Я вижу, как пялишься на нее.

Когда передавал девчонку Таиру, заметил в ее глазах странное выражение. Испуг, паника, беспомощность. Мне было глубоко похрен на их семейные разборки, я мечтал свалить как можно скорее, и все же… Глубоко внутри царапнуло больно, заело.

Я отбросил странные эмоции, передал Миру в руки Таира.

— Ты совсем больной? Она же ребенок. Мне такое и в голову бы не пришло! О чем ты вообще? Ей пятнадцать.

— Вот именно, — кривится Таир. Созревает девочка. Замечаю, как на тебя смотрит. Поклянись, что не тронешь ее.

— Что? Ты продолжаешь гнать эту пургу? Даже не думал о таком.

— Даже если со мной что случится, — продолжает давить Таир.

— Ну ты даешь. Говоришь как одержимый, — морщусь.

До отвращения неприятный разговор. Тем более, что с Таиром мы были как братья. Десять лет почти, в группировке его отца, плечом к плечу город отвоевывали. Много всего прошли. Нет, конечно, у меня есть два родных брата. Это совсем другое. Родная кровь куда ближе, это все на инстинктивном уровне. Но я сознательно уехал подальше от них, начал все заново. Меня всегда бесило быть самым младшим. Раздражал их авторитет, особенно по юности, хотелось бунтовать.

Неприятный разговор с Таиром долго не шел из головы. В голову упрямо лезли мысли, что не все так просто, что отношение к сводной сестре у Таира не похоже на платоническое. Но я тогда трахал училку английского, очень страстную дамочку старше себя на десяток лет. Очень знойную и похотливую. Насрать мне было по большому счету и на Миру, и на отношение Таира к ней. Решил, они семья, сами разберутся. Меня это не касается!

Три года назад она снова сбежала. Это случилось через месяц после похорон Ахмеда Айдарова. Таир тогда впал в безумие. Орал как бешеный на своих людей. Едва не разорвал тех, кто был приставлен к Мире.

— Что значит упустили? Ты издеваешься, да? Столько лет к ней приставлен, должен был выучить все ее фокусы. Ты мне за это ответишь, Мустафа!

Таир бросался на своих людей, крушил мебель, впадал в неистовство. Долго не мог успокоиться, это было тяжело выносить. Он будто на самом деле сошел с ума. Никто не мог его утихомирить. Постоянно на взводе. На поиски были брошены безумные деньги.

На этот раз Мире удалось исчезнуть, испариться. Таир не переставал ее искать. Даже пытал ребят, которые были к ней приставлены. Почему такой ценной для него была? Обычная девчонка. Сестра, но не родная, приемная.