И пусть умения мне пока не хватало, первородное пламя не только подлатало мышцы, но и наполнило их силой, которую вряд ли хоть кто-то мог ожидать от юнца восемнадцати лет от роду.

Не обращая внимания на обманные выпады, я примерился и точным ударом выбил меч из левой руки рыжего. А потом, крутанувшись на пятках, разнес в щепки и второй. Деревяшка в моих руках тоже хрустнула, и поединок я на всякий случай заканчивал уже совсем по простому: поймал противника за ворот рубахи и почти без усилия швырнул на землю.

— Все, все, хватит! — рассмеялся рыжий, когда я уперся закругленным наконечником ему в шею между ключиц. — Сдаюсь!"

"Я коротко кивнул и помчался было к дяде, но и там помощь, похоже, уже не требовалось. Он то ли нарочно тянул подольше, то ли так воодушевился моей победой, что и сам завершил бой даже быстрее, чем я успел вмешаться: подцепил древко секиры топором, чуть оттянул вниз и ударил краем щита прямо в бороду. Рамиль щелкнул зубами, выругался и с размаху уселся на траву, выронив оружие.

Желания продолжать схватку у него, похоже, уже не осталось.

— Ну что, проверили? — усмехнулся старый дружинник. — Я смотрю, у новенького-то проверялка подлиннее оказалась.

Глава 5

— Приехали… Ну наконец-то!

Невысокая светловолосая девушка появилась на лестнице буквально из ниоткуда. Порхнула наискосок через зал, чмокнула дядю в щеку и, застыв на мгновение, все-таки повисла у меня на шее. Я даже успел заметить виноватую улыбку. Видимо, Полина почему-то сердилась на себя, что не смогла поехать в Новгород.

Из всей новоиспеченной родни старшая сестра была единственной, кто чуть ли не самой первой встречи безо всякого стеснения демонстрировал если не симпатию к незаконнорожденному брату, то хотя бы теплоту и внимание.

Впрочем, неудивительно: в свои неполные двадцать пять Полина не утратила почти детской способности искренне и безо всяких компромиссов любить весь мир — и делать исключение для бастарда явно не собиралась.

Она называла меня братом, хоть и навещала куда реже Кати.

— Привет, — тихо произнес я, зарываясь щекой в мягкие волосы. И уже в полный голос добавил: — Доброго дня, ваше сиятельство.

— Да прекрати ты, — рассмеялась Полина. И вдруг отстранилась, озабоченно хмурясь. — Ой… А что это у тебя тут?

— Где?

— Вот здесь, кровь идет. — Прохладные пальцы коснулись моего виска. — Рассечение!

Как раз там меня и зацепил своей палкой рыжий вояка. В пылу схватки я даже не почувствовал боли, а потом и вовсе забыл. Если уж мое тело смогло за каких-то полторы недели вылечить несовместимые с жизнью травмы, стоило ли вообще задумываться о какой-то ссадине?

Но у Полины на этот счет, конечно же, было свое мнение.

— Так… Стой и не дергайся! — скомандовала она. — Сейчас поправлю.