Пока мы пререкались, подруга таки успела немного приблизить нас к дороге, да и мажоры не стояли на месте. В общем, расстояние между нами значительно сократилось и он меня видит.

Демид Усманов.

Поворачивает голову и его черные непроницаемые очки оказываются направлены прямо на меня. Я уверена, что и взгляд тоже.

Черт, черт, черт.

А потом он делает ко мне шаг.

Всего лишь шаг, но мои нервы не выдерживают.

Я разворачиваюсь на пятках и (плевать на всех) начинаю быстро идти к главному входу.

Так быстро, как только могу.

А стоит оказаться в холле первого этажа, я сразу же перехожу на бег.

Я бегу."

"Сначала до лестницы, а потом по ступенькам. Огибая кучки студентов, ускоряясь, когда позволяет рассредоточенность толпы, притормаживая, когда нужно свернуть на поворотах. Но сразу же снова ускоряясь.

Я добегаю до женского туалета, который находиться в конце коридора третьего этажа, залетаю в него и прижимаюсь спиной к стене.

Фух.

Сердце колотится так сильно, как не случалось уже давно, но я рада, что смогла сбежать от навязчивого внимания опасного мажора.

Вчерашнего опыта общения с ним, когда он зажимал меня у двери в подсобку, мне хватило с лихвой. И напрочь отбило все желание продолжать неприятное знакомство.

Он вел себя более чем странно с этими его повадками дикаря и разговорами о том, что ему нравится мой запах.

Слишком агрессивно и ненормально.

И пусть я буду выглядеть в глазах других студентов полной дурой, я рада, что поступила так, как поступила.

Как бы по-идиотски я не выглядела в тот момент, когда дала деру от них, я реально ощущаю невероятное облегчение от того, что нам не пришлось встречаться и разговаривать.

Дай бог, не придется и дальше.

Дверь внезапно распахивается, словно от удара ноги. Я вздрагиваю. И вжимаюсь в стену с новой силой.

Потому что на пороге стоит Демид и сверлит меня своим горячим гневным взглядом.

Я едва могу говорить от страха.

— Ччч… Что ты здесь делаешь? — выпаливаю, — уходи. Это женский туалет.

Но он меня не слушает и не отвечает ни слова.

Просто подходит, да так быстро, что я не успеваю ничего сделать. Подхватывает под коленями и закидывает себе на плечо.

— Ай, — ору я, — боже. Боже мой.

Даже и в страшном сне мне такое не приснится.

Чтобы какой-то парень схватил меня, словно добычу и закинул себе на плечо. Попой кверху, головой вниз.

Позор, какой же это позор.

Пока я луплю кулаками по крепкой, словно состоящей из одних мышц, спине парня, он выносит меня из туалета, доходит со мной до окна и сажает прямо на подоконник.

Я едва могу прийти в себя от того, что снова нахожусь в вертикальном положении, как парень плюхает рядом со мной мой рюкзак.

Боже, еще и это. Как я могла забыть о своем рюкзаке? Там все мои вещи. Пусть их немного и все они самого скромного качества, но они дороги мне.