Минет, делает превосходно, даже с его размером умудряется «брать» горлом до конца.

Главное же достоинство Лены — она умела молчать. И говорила лишь тогда, когда её спрашивали. Она была одной из тех, кто знал, что он находится под якобы «домашним арестом».

— В прессе ничего не говорилось…

— А надо?

Его взгляд оказался красноречивее любых других слов.

— Раздевайся.

Вот и все отношения. Она после ночи с ним получала перевод. Всех всё устраивало.

А тут «больше не могу». Что за хрень?

Руслан разозлился. Зато он может! И хочет! Он держал Лену в кровати больше часа, никак не мог кончить. И на колени её ставил, и верхом сажал, и ноги на плечи закидывал.

Никак и всё тут.

— Вставай. Давай к стене.

— Руслан…

— Лена, — сказал он с нажимом, и девушка поднялась.

Нехотя, что только подбавило дров в его костер нетерпения и раздражения.

У стены он брал её всегда в одной и той же позе. И она знала, что сейчас последует.

Подошел, нервно дыша. Ему хотелось разрядки. Нет, не хотелось. Она ему требовалась.

Чтобы немного сгладить мысли… воспоминания… Потребность тела в той, что пока недоступна. Необходимо выждать хотя бы ещё пару дней, а у него член колом стоит, только вспомнит про Воробушка. Он и Лену вызвал, потому что со спины создавалась иллюзия, что девушки схожи. Обе блондинки и обе маленькие. Только Воробушек с более женственными формами.

Спина шикарная. Гибкая, с тонкой талией, переходящей в крутые бедра. И запах от кожи такой, что похлестче любого афродизиака. Руслана точно током прострельнула, и вся кровь устремилась к паху. Да когда же, мать вашу, он её получит?!

Чуть не рыча, двинулся в сторону Лены. Та интуитивно приготовилась. Поняла, что с ним шутки плохи. Сегодня — точно.

— Руслан…

— Попу давай сюда. Оттопырь! Оттопырь, я сказал!

Не лучшее время Лена выбрала для строптивости. Его голос звенел от скрытого напряжения, от тех эмоций, которыми награждал его зверь. Слишком долго ему приходилось сидеть без дела. Запертый в роскошном особняке, он всё равно задыхался. Ему нужна была свобода!

И он её скоро получит.

Пока же…

Взгляд Коваля скользнул по длинным волосам любовницы. Она взмокли, спутались, и не казались уже идеально красивыми. Но девочка во время секса и должна быть такой: источать похоть, пробуждать в мужчине низменные инстинкты.

А ещё выполнять прямое предназначение — давать то, что он хочет. Когда хочет. И да, мать вашу, как хочет.

Руслан встал за спиной Лены. Та послушно выпятила попку, дополнительно упираясь лбом в стену. Девушка часто дышала. Боялась? Возможно.

Коваль, не церемонясь, схватил её за волосы и намотал их на кулак. Потянул на себя, сорвав с губ Лены протяжный стон.

— Смажь себя.

Она дрожала в его руках, несмотря на то, что десятки раз принимала его и знала. что последует дальше.