Катя распахнула глаза, чтобы тотчас ахнуть повторно — Руслан начал входить в неё, опрокидывая на себя с помощью плена волос, и одновременно добрался до груди Кати. Соски напряглись, давно превратившись к нежно-розовые навершие. Зажав один между пальцами. Руслан перекатывал его, потягивал, и проникал членом всё глубже в лоно Кати, заставив ту потеряться от переизбытка себя.

Он был везде. В ней. За ней. С ней.

Катя приняла его полностью. Её попка соприкоснулась с паховыми волосками. То, что Руслан снова оказался внутри Кати, не вызвало у неё никакого отторжения.

Напротив, внутренняя наполненность воспринялась ей как очень правильная.

Уместная.

ЕЙ нравилось…"

"Да-да.

Нравилось легкая боль в области затылка, нравилось, что Руслан сзади, его тепло, словно покрывало укутывало плечи. И резкий диссонанс с раскачивающими толчками, проникновениями внутри неё. Всё это кружило голову, разрывая связь Кати с реальностью. Она проваливалась в некую черную дыру, предназначенную только для неё одной. Чтобы она расправила крылья и полетела.

Даже признание Коваля прошло мимо. Включился некий и фильтрующий механизм, смазывающий страх Кати и перерабатывая его в оглушающие новые ощущения.

Руслан двигался на всю длину. Выходя, почти полностью освобождая её от себя. чтобы сразу же вернуться, заполняя до основания, растягивая внутренние мышцы, подгоняя под себя. Катя полностью расслабилась. Пусть, как ему нравится. Она подстроится. Если не загоняться, если не трястись от страха, то процесс может даже доставлять удовольствия.

Катя училась принадлежать мужчине. Именно принадлежать… Трепетно и нежно.

Она позволяла себя любить, из-за наивности не понимая основ происходящего.

Зато всё понимал Коваль. Более чем. Он видел, как Катя откликается на его прикосновения, вроде бы даже ластиться. Сама же продолжала находиться от него в запредельных далях, до которых ему никак не добраться. И хотелось волосы сильнее накрутить, так, чтобы повизгивала от каждого его толчка. Но как же Катя была прекрасна с закрытыми глазами, с полуулыбкой на лице, с разрумянившимися щеками. С дерзко торчащими сосками, к которым он прикасался и прикасался…

Да, она позволяла, твою же мать!

Он сделал слишком резкий толчок, и Катя приглушенно застонала. Подалась назад, вцепившись рукой в его бедра, вонзая ноготки.

И всё. Яркая вспышка, за которой последовал ещё один стон Кати.

Девушка распахнула глаза, понимая, что Коваль кончает. Наполняет её не просто своим телом — семенем. Она чувствовала, как сотрясается его тепло, как напрягается каждая мышца, как он торсом и грудью прижимается к её спине, едва не заваливая девушку вперед, и лишь из-за намотанных на кулак волос, она не падает.

Но вот Руслан не просто отпускает её, он легонько подталкивает её в спину.