В голове раздрай, слезы уже высохли, я как будто в вакууме, как будто дышать не могу, воздух весь из лёгких выкачали, оставляя только обжигающий огонь ненависти ко всем мужчинам. Это я одна, получается, это получается, я никому не нужна. И это платье и счастье, что плескалось внутри – просто фальшивка…

Но только зачем, зачем! Я задам им единственный вопрос, прежде чем уйти в неизвестность, единственный вопрос, который поставит точку в моей дурацкой истории.

Я реву уже час, почти ничего не видя. Только замечая, как тонкая полоска света стелется из-под досок. Мы приехали в какие-то дачи, мне даже не потрудились закрыть глаза. Возможно, здесь состоится финал моей истории, а может быть Игнат вздохнет с облегчением, потому что избавился от моей нерадивой семейки.

А потом вдруг я услышала его голос. Голос Игната. Эти хлесткие маты я не перепутаю ни с чьими другими. Я тут же вскочила, собирая руки в кулаки, чувствуя боль от того, как пыталась выдрать с окна эти доски. Но она тут же пропала, стоило на пороге в неярком свете возникнуть Игнату. Он не кинулся ко мне, а я не бросилась к нему в объятия.

– Ты как? – только и спросил он, а я, еле шевеля губами, ответила.

– Нормально.

– Тогда пошли, если не планируешь здесь оставаться.

Он пришел. Он за мной вернулся, и я не умру здесь. Но радости нет, только горечь, что заполнила рот. Я попыталась подняться, но ноги не удержали, и я рухнула прямо возле него. Он поднял меня резко, безжалостно, но на руки и потащил на свет. Я тут же зажмурилась и сжала окровавленными руками его воротник белой рубашки. Но тут же заметила на ней пятна не моей крови.

– Игнат, – шепчу я еле-еле. – Ты… убил его?

– Очень пытался. Но я его достану, Оля.

– Зачем?

– Ты, блять, серьезно? – он скидывает меня в машину, и я наконец могу нормально открыть глаза. Оказывается, после полутемного помещения, очень тяжело смотреть на свет. – А ничего, что он тебя похитил? Насиловал, возможно, ребенка заделал.

– Что? – я даже дар речи потеряла. – Не было такого.

Игнат закрывает дверь машины и садится спереди.

– Это он тебе сказал?"

"– Не надо обманывать, Оль. Конечно, он сказал, разве он мог не похвастаться, что трахнул мою очередную девушку. Для него это как спорт.

– Игнат, он не трогал меня!

– Я даже не удивлен, что ты отрицаешь. Если бы ты держала рот на замке, когда появился брат, ничего не произошло. Но нет, ты вечно лезешь туда, куда не следует, а теперь отрицаешь…

– Потому что боюсь? – возмущенная и злая перебиваю его. Адреналин бьет по нервным окончаниям. Ненавижу его. Ненавижу всех их! – Что ты больше ко мне не притронешься? А может быть потому, что единственная моя ценность – это девственность, которую ты получил?

– Хватит, Оля.