Короткий внимательный взгляд.

– Пытаться манипулировать не нужно, – говорит он, и снова смотрит на дорогу.

– Ты о чём? – не понимаю я.

– Если надумаешь улетать сегодня – значит всё. Вопрос с нашим общением закрыт. Значит, не получилось. Бывает. Я догонять тебя снова не стану. Это другой расклад.

– Я... – растерянно произношу я, – и не собиралась... так делать...

Он кивает.

– Хорошо. Подумай. Я не тороплю. Час у тебя точно есть. Решишь улететь – лети. Самолёт я тебе предоставлю. Решишь остаться – можем обговорить то, что тебя не устраивает.

– Я могу уже сейчас сказать, – торопливо сообщаю я.

– Говори.

– Если ты готов услышать меня, то я согласна поговорить. Если нет – я лучше улечу.

Он кивает снова. Сосредоточенный, собранный, вновь жёсткий.

Тормозит у обочины. Вынимает из рта сигару, выпускает дым, выключает зажигание. Поворачивается ко мне.

– Я слушаю.

Я даже немного теряюсь, потому что у меня нет подготовленной речи. А в мыслях – сплошной сумбур.

Облизнув губы, киваю и говорю:

– Я не права насчёт того, что стала стебаться над тобой. Что послала тебя, после того, как ты плавал под водой. Про рептилий вот это вот всё.

.. Не права, что называла Крокодилом, хотя ты уже вёл себя со мной иначе. И по поводу Гены – тоже неправа.

Молчит.

– Я действительно не умею общаться с такими людьми, как ты, – искренне продолжаю я. – Согласись, это не моя вина. Просто у меня и вправду – другое окружение. Но я вижу, что ты не привык считать с интересами других людей. Мне чуждо твоё отношение к девушкам. Чуждо и непонятно. Ты не раз сильно напугал меня тем, как вёл себя вначале. Ты ведь действительно меня похитил. Что, по–твоему, я должна была о тебе думать?

Молчит. Взгляд зелёно–карих глаз умный и внимательный.

От кончика зажатой меж пальцами сигары струится сизый дымок. Здесь, у поворота впереди, ветра почти нет. Дорога с обеих сторон скрыта деревьями."

"– Я понимаю, что переборщила с тем, что настаивала на том, чтобы узнать твоё имя. Понимаю, что раз ты не хочешь мне его говорить, значит – не хочешь. Прости меня.

– И ты меня, – вдруг произносит он.

Я настолько не ожидала от него этих слов, что даже опешиваю.

– И за то, что напугал. И за то, что не считался с твоими интересами. И за ""соплю"". Назвал так специально, чтобы ты поняла.

– Я поняла, – кивнув, тихо отвечаю я.

– Я, – продолжает он, – не буду больше вести себя с тобой так, как вёл вначале. Просто не смогу. Во–первых, стал тебя уважать. Во–вторых... Неважно. В общем, не смогу. И настаивать на сексе больше не буду. И на том, чтобы ты здесь находилась против своей воли. Я готов тебя отпустить, и отпустить навсегда. Если мы столь разные, то, наверное, стоит тормознуть. В конце концов я тебя знаю очень мало, а до тебя жил достаточно долго, чтобы вернуться к тому же самому.