Глава 13

Истинная любовь никогда не протекает гладко.

“Сон в летнюю ночь”. У. Шекспир.

Я зашла в пустые апартаменты и, оглядевшись по сторонам, прислушалась. Тишина. Но сейчас она не давила — сейчас она была моей союзницей, как и темнота. Пройдя к террасе, я открыла французское окно, и меня укутало холодным бризом с залива. Я его не страшилась, сейчас мне был необходим бодрящий свежий воздух — нужно было привести мысли в порядок.

Не помню, сколько так простояла на террасе, но, почувствовав озноб, я укуталась в теплый плед, оставленный Авророй, и направилась в свою спальню, к своему любимому креслу. Впереди была длинная ночь.

Я осознавала всю серьезность своего положения — на карту было поставлено мое будущее. Но, прислушавшись к своим ощущениям, я поймала себя на мысли, что во мне не было ни паники, ни негативных эмоций. Сейчас, после предложения Барретта, я поняла, насколько правдив был мой сон о Солярисе.

Я в образе маленькой девочки два года тому назад строила свои замки из песка рядом с необъятным по своей власти, непредсказуемым и беспощадным Солярисом. Строила, пытаясь возвести что-то присущее мне, и этот домик был мне дорог. Но Солярису не нужны были ни мои представления об отношениях мужчины и женщины, ни мои сердечные подарки в виде исполнения дорогих мне песен, ни мой образ взрослого ребенка, о котором мне напомнил внешний вид девочки — яркий детский купальник.

Тот факт, что я смотрела на саму себя маленькую, и видела ее отдельно от себя, означал дистанцированность меня сегодняшней от этого образа, образа ребенка: теперь маленькая девочка была сама по себе, я — сама по себе. Солярис беспощадно и бескомпромиссно, как он это умеет, разрушил своей мощью все то, что возводила маленькая Лили, а сегодняшняя я, наблюдая за этим разрушением иллюзий, осознавала, что все это не имело своего будущего рядом с Солярисом.

“Замок из песка ненастоящий…” — вспомнила я свои утешения для маленькой плачущей меня. И девочка исчезла, ее тоже, по сути, заставил уйти Солярис — осталась только я рядом с Океаном, приняв его сущность.

Что меня ждало, если я откажусь? Отступлюсь? Женское одиночество. Выброшенный на безлюдный берег корабль. Да, будет карьера, существование бесполой единицы Лилит-Евы Харт, и сверхзвуковой поезд по имени “Жизнь Ричарда Барретта” никогда больше не остановится для меня. Либо сейчас, либо никогда. Третьего не дано. После аварии, когда я отчетливо ощутила нелюбовь к Максу, когда я полностью приняла в себе свою предназначенность Ричарду, я не сомневалась ни секунды — другого мужчину я к себе не подпущу. Все это будет суррогатом, который лишь заполнит мое существование, но будет не любовью, а всего лишь благодарностью и спасением от одиночества.