Слишком долго вы были на вторых ролях ""только для секса"", и вам захотелось большего. Официального места вам так и не предложили. И вы решили, что одним щелчком пальцев отодвинете меня. Но вы недооценили противника.

Джина усмехнулась, не желая видеть во мне равную соперницу, а я продолжила:

— Противником была не я, а Ричард. Так или иначе, но вновь использовав вас ""только для секса"", даже не предложив вам остаться до утра на завтрак и не взяв вас в официальные спутницы, он, целенаправленно или нет, указал вам на ваше место, чтобы вы не липли на официальных мероприятиях к нему и не оспаривали его выбор.

Я увидела, как у Джины расширяются зрачки то ли от злости, то ли от страха — судя по ее выражению лица, я прочла ее мысли и била прямо в цель. Черный Лебедь прицелился в коротко стриженную голову для контрольного выстрела.

— И сейчас, все, что вам остается — держать лицо и улыбаться. Потому что для вашей репутации невыгодно выглядеть непрезентабельно, иначе вы бы не просили выкупать фотографии у папарацци пару лет назад с фото на яхте в Нью-Йорке. Для Барретта это ничего не значит, в отличие от вас, иначе он действовал бы по-другому.

И это убило. Этих слов она совсем не ожидала услышать от меня. Воистину, кто владеет информацией — владеет миром.

Сказав это, я улыбнулась и, развернувшись, вышла из комнаты, оставляя соперницу позади себя.

Уже позже, возвращаясь в отель, я смотрела на Ричарда и улыбалась: я была довольна результатами этого заключительного вечера — каждый из нас сегодня одержал победу в казино, и я, как никогда, чувствовала себя Девочкой Дьявола.

Глава 69

Октябрь в Испании я бы назвала золотым временем года, тем приятным межсезоньем, когда уже спала летняя жара, но еще не наступила зимняя прохлада.

Я прогуливалась по берегу моря недалеко от нашей виллы, вдыхала прохладный свежий бриз, подпитываясь витамином Д, и расслаблялась после активного учебного процесса, который моя Аврора называла мозговым штурмом. Но мысли, освободившись от учебы, тут же устремлялись в новое русло, никак не желая бездельничать. С момента моего возвращения из Монако прошло три недели, и события, которые там происходили, уже стали отдаляться, терять четкие контуры, рассеиваясь в дымке памяти.

Иногда я закрывала глаза, и передо мной возникал аэропорт Кот-Д’Азур в Ницце, наше расставание с Ричардом, когда я, на секунду прижавшись к нему, вдыхала родной запах своего мужчины, после чего каждый из нас направился в свой самолёт, чтобы уже через несколько минут наши дороги разошлись до следующей встречи. Я снова и снова вспоминала этот момент, и меня не оставляло чувство, будто я прошла еще один сложный уровень школы Барретта и успешно сдала экзамен.