Юля ходила на все возможные телепередачи, обнажая ""правду"" о жестком диктаторе — Марке Гранте, который обещал жениться, но бросил беременную.

— Я позвонила ему в конце декабря и попросила приехать. Затем сообщила о ребенке и попыталась наладить отношения, но он снова воспользовался моей любовью, а на утро сбежал к Алисе… — она погладила свой живот и, жалобно просмотрев прямо в камеру, изрекла: — Алиса, я знаю тебя, ты хорошая девочка. Он запугал тебя и даже из-за тюремных решеток не перестает оказывать влияние и насылать страх. Но ты теперь не одна! Расскажи стране правду. У тебя, наконец, появился способ избавиться от насильника и стать свободной женщиной.

Я выключила канал как только услышала ее последние слова. А была ли свободной Юля? Вряд в ее голове мог появиться такой план по разрушению всех граней жизни Марка. Ведь теперь он терял работу, уважение и спокойствие в семье.

Внезапно объявились мои настоящие родители! Как бы смешно не звучало, но пара алкашей ходила по всем передачам, совсем как Юля, только за бутылку водки. Они рассказывали о том, как сильно любят меня, хотят встречи. Но больше раздражало другое: они утверждали, что меня у них украли. К счастью, на следующий день после выхода передачи эту информацию документально опровергла Ингрид в суде.

Она ловко отбивалась от любого выпада в сторону Марка. Любовницы требуют денег за секс по принуждению? Ха! Переписки, камеры наблюдения указывают на обратное. Юля беременна от Марка? Так почему же она не хочет огласить результаты ДНК-теста и не подает в суд?

Но только одно у нее никак не получалось … Вернуть его свободу! Марк сидел в заточении уже пять дней. Пять чертовых дней, в течение которых волос у меня стало в половину меньше, как и здоровья. Дело о краже денег все еще было на расследовании, а Грант был первым подозреваемым. Дмитрию Геннадьевичу удалось добиться запрета на посещение мужа для меня, чем он окончательно и бесповоротно записал себя в мои враги.

У меня была лишь Ингрид, которая звонила буквально каждые три часа и сообщала все новости. Я доверилась ей полностью… Хотя бы потому, что продала бы душу дьяволу за спасение Марка. А девушка-юрист чуть ли не в буквальном смысле рыла землю носом и, как мне кажется, дело было в ее собственных старых счетах к Дмитрию Геннадьевичу.

— Не переживай, камера Марка ничем не хуже, чем его городская квартира, — успокаивала она меня. — Его кормят просто на убой и он просит тебя на расстраиваться и не слушать всякий бред.

А я и не слушала… Глупые новости воспринимались только на уровне потенциальной угрозы для свободы мужчины. Ведь все время, пока я с ума сходила тут, он был там, где вокруг него плели козни завистники и ликовали сплетники.