Машенька с пеленок была всеми любимой принцессой. Егор, который когда-то не хотел сестру и очень радовался рождению братика, целовал Машу в щечки, с удовольствием качал на руках и ходил с ней на прогулки. Андрюша тоже души не чает в младшей сестренке. А Маша в свою очередь вьет из старших братьев веревки. Впрочем, из меня и Вовы тоже.

Я счастлива, что у нас дружные дети, несмотря на разницу в возрасте. Егору сейчас восемнадцать, Андрею семь, Маше три. Егор для младших, безусловно, образец и пример для подражания. Особенно у Андрея. Он все за Егором повторяет. Маша тоже очень тянется к Егору.

Сын Вовы здорово помогал мне с детьми, когда они родились. И Андрея, и Машу я могла спокойно оставить на полчаса-час с Егором, а сама пойти в ванную или по делам. Егор кормил их, и подгузники менял.

У Вовы вырос хороший сын, которым поистине можно гордиться. Он окончил школу с золотой медалью и поступил на бюджет в первый мед. Планирует стать нейрохирургом. У меня с ним прекрасные отношения. Я не разделяю детей на «своих» и Егора. Когда кто-то спрашивает, сколько у нас с мужем детей, отвечаю: трое. Сначала я так делала, потому что это было быстрее, проще и удобнее, чем объяснять посторонним людям правду. А потом поймала себя на мысли, что абсолютно не считаю Егора чужим. Я не представляю нашу семью без него.

А однажды Егор назвал меня мамой.

Мы водили детей в детский центр развлечений. Провели там полдня, очень устали и, когда уходили, я забыла на столе в кафе телефон.

- Чей телефон? Кто оставил? - громко заголосила администратор.

Я была с младшими детьми на выходе и даже не поняла, что речь про мой мобильник.

- Это моей мамы, - ответил Егор, который ещё не успел далеко отойти от столика."

"Я так и застыла на месте, услышав это. Даже на секунду забыла про пятилетнего Андрея и годовалую Машу.

- Ян, ты телефон забыла, - подошел ко мне и протянул мобильный.

- Спасибо, - промямлила.

Взяла айфон, бросила в сумку, повернулась к младшим хныкающим детям, засеменила к коляске, чтобы посадить Машу. А у самой в голове на повторе звучало: «Это моей мамы». Меня как кирпичом пришибло. Я ведь даже не пыталась никогда заменить Егору мать. Я старалась быть ему другом. Да, я периодически помогала ему с уроками, ходила на родительские собрания в школу, радовалась его пятеркам, поддержала, когда он изъявил желание пойти в медицинский вуз, а не на факультет бизнеса, как настаивал Вова.

Но назвать меня мамой?

Наверное, Егор сделал это для удобства, подумала я. «Это телефон жены моего папы» - прозвучало бы странно, да и зачем посторонним людям такие подробности.

Однако затем я постоянно слышала, как Егор называл нас с Вовой родителями: «Это мои родители», «Я приехал с родителями» и так далее.