Если мы родственники, как ты утверждаешь, то совпадения будут.

— Тоже вариант. А как долго ехать на машине до вашего областного центра?

— Часа два, два с половиной.

— То есть обратно мы вернемся только под вечер?

— Как-то так, — подтвердила я, догадываясь, что Пашутин своими вопросами затягивает время, дабы придумать какую-нибудь отговорку.

— Это плохо. У нас с дядькой были кое-какие дела после обеда… Полина, раз уж ты на машине, довезешь меня до дома?

— Довезу, — нехотя согласилась я.

— Полина, — произнес Володька в салоне «Мини Купера», — я хотел бы сегодня вечером приехать к вам. Знаешь, я уже скучаю по дедушке. Ты его подготовишь?

— Даже не подумаю! Мне кажется, тебе не стоит у нас появляться, пока не будет документального подтверждения, что мы — родня. Впрочем, я почти уверена, что результат сравнительного анализа ДНК окажется отрицательным.

— Не окажется, — заверил меня Пашутин. — Мама бы не стала говорить перед смертью неправду. Полина, скажи, почему ты так настроена против меня?

— Я сразу не слишком-то поверила в то, что ты мой сводный брат, а уж после того, как выяснила, что ты племянник Чуркова, моя уверенность стала близка к нулю.

— Интересно, что же мой дядька сделал тебе плохого?

— Мне — ничего, но я в курсе, что он страшно завидовал моему отцу и все время строил ему какие-то козни.

— Может, в прошлом что-то такое и было, — не стал отрицать Пашутин. — Я об этом не знаю. Но чему же теперь завидовать? Дядя Тимофей жив, а наш с тобой отец погиб, да еще так трагически. Да и откуда ты вообще это взяла?

— Об этом в НИИ знали все.

— По-моему, кто-то ввел тебя в заблуждение. Лично мне дядька ничего плохого об отце не говорил.

— Но предупредил, что мы с дедом тебя не примем, — напомнила я, опираясь на слова самого же Чуркова. Володька пропустил это замечание мимо ушей. — Кстати, меня очень интересует, что Тимофей Михайлович имел в виду, когда говорил тебе: «Не получилось, значит. Ну да ладно! Будем искать другие пути».

— То есть ты подслушивала? — Пашутин попытался смутить меня.

— Больно надо! Просто у меня очень хороший слух. Так что же все-таки у вас «не получилось»? Обмануть нас с дедом?

— Ты все неправильно поняла, — принялся изворачиваться Вольдемар. — Дядька просто посетовал, что у меня не получилось найти общего языка с тобой. А насчет каких-то «путей» я и сам его не понял. Да он же пьян был! Стоило ли обращать внимание на его пустую болтовню?

— «Дядька… посетовал», — передернула я плечами. — Не думаю, что он так уж переживал бы по этому поводу, если бы не имел личной заинтересованности в том, чтобы ты вошел в нашу семью…

— А почему бы ему и не переживать за меня? Мы ведь все-таки родственники!

— Вот это меня и настораживает.