Бросилась журналисту на шею, затараторила:

– Дима, Димочка, со мной сейчас чего было – вообще кошмар!

* * *Добираться до дома общественным транспортом Наде совсем не понравилось. До электрички пришлось ехать на автобусе. Потом полчаса ждать на платформе. Трястись в поезде. Толкаться на вокзале. Тащиться с пересадкой на метро. И постоянно сумку к себе прижимать: что бы Полуянов ни говорил, за старинную Библию девушка очень боялась.

– И ты представляешь, Дим?! У нас на ВДНХ выхожу. Выдыхаю: все. Безопасность. Я дома. Сам знаешь, от метро два шага.

Полуянов уже понял: вступление цветистое. Значит, ничего реально страшного не случилось. Библия цела.

Угадал.

Надя прервала свою повесть. Вытащила из сумки раритет, протянула журналисту, с чувством произнесла:

– Забери, и чтобы я не видела ее больше! Никаких нервов не хватит. В библиотеку сам повезешь. Прямо завтра!

– Конечно, Надюш, хорошо. Прости. Обязательно, – смиренно поклялся Полуянов. В желудке тянуло все сильнее. Как бы поставить Надькину речь на быструю перемотку – и отправить ее на кухню?"

"– Дима, можешь не строить взволнованный вид. Я вижу: тебе еда важнее меня, – ядовито произнесла Митрофанова. – Но все-таки послушай. Возле метро, у ларьков, меня нагнал парень. Обычный такой, чахлый. Рыжий. За плечо тронул: «Девушка!» А я ведь вся на нервах – аж подскочила. Он так ехидно: «Что это вы такая испуганная?» Берет – и меня фотографирует, представляешь?

Драматическая пауза.

Полуянов не выдержал первым:

– И что?

– И ничего! – возмущенно отозвалась Надя. – Сфоткал – и убежал. Я за ним – он деру. На ходу крикнул: «Это для «Вечерней Москвы»!» Но они ведь не могут просто так, без разрешения, снимать и потом в газете печатать?

– Красивых девушек – могут, – убежденно сказал Полуянов.

– Слушай, хватит издеваться!

– Тогда давай свою версию.

– Не знаю… – Надя взглянула на него неуверенно. – Может, потому, что у меня Библия?

– А не проще было сумку у тебя вырвать?

– Ну, тогда… Эта дура-соседка говорила, у нее муж – генерал ФСБ. Вдруг он соглядатая прислал?

– Надюшка, милая ты моя, сладкая, вкусненькая! – он стиснул ее в объятиях. – Да какие соглядатаи? Просто понравилась ты мальчику! А сотрудники ФСБ – уверяю тебя! – работают совсем по-другому.

* * *Ольга Черемисова подошла к соседскому забору. Приложила к жесткой рабице ухо. Прислушалась к вибрациям. Поняла: вновь прибывшей дома нет.

И яркое чувство опасности, что терзало ее все выходные и половину понедельника, немедленно отступило.

Она сразу, едва перед воротами затормозила машина, поняла: новая хозяйка принесет большую беду. Ощущение страшного исходило от девушки настолько ярко, что надеяться на благоприятный исход не приходилось. Что-то совсем скоро случится. С ними со всеми.