–Проводится операция ""Теплые ноги, горячее сердце"". Глеб, – поворачивается к охраннику, зашедшему следом. Остальные рассосались еще во дворе. – В верхнем ящике комода пакет с теплыми носками…

Огромный взрослый мужик, наверняка бывший спецназовец, бежит исполнять указание.

А меня охватывает очередной приступ злости и безмолвной паники.

Один Годаров чувствует себя превосходно. Усевшись рядом со мной, стягивает ботинки из мягкой кожи. А затем и мокрые носки.

– Света, – напоминает нетерпеливо.

Под его строгим взглядом снимаю сапоги.

– Все нормально, – заявляю я, уперев пятки в пол.

– Да ну? – недоверчиво хмыкает Руслан. Встает. Шлепает босыми ногами по серому мрамору и неожиданно усаживается рядом на корточки. Берет в ладони мою ступню и, не обращая внимания на мои потуги вырваться, замечает философски.

– Миф об итальянской обуви повержен. – Косится на мои старые сапожки, стоящие у края дивана, и улыбается дурашливо. – Не ожидал.

А я замираю в ужасе. Только бы не начал обследовать сапоги. Они давно текут, поэтому там на стельки наклеены прокладки Олвейс. Но Руслану об этом знать необязательно.

С ужасом наблюдаю, как сильная мужская рука подхватывает с пола мою старую обувку. Замечаю придирчивый взгляд. Естественно, мне никто не верит. И правильно делает! Сапожки давно пора выкинуть, а на новые я не заработала. У бабушки деньги просить постеснялась. Думала, с первой зарплаты..."

"От разглядывания сапога Руслана отвлекает вернувшийся с пакетом Глеб. Годаров как фокусник копается там с таинственным видом и, выудив на свет божий знакомую пару, протягивает мне.

– Баба Надя вязала. Я с собой всегда ее носки на регату беру. Если промокну до нитки, на ночь надеваю и утром как новенький. Возьми эти, я их не надевал еще.

Гляжу на шерстяные серые носки: на светлом фоне более темные ромбы. Как же я намучилась, пока связала эту пару! Бабушка тогда маялась давлением и все не успевала довязать носки Дамиру на день рождения. Пришлось помочь. А они вот где оказались!

– А я эти надену, – по-свойски подмигивает мне Руслан, доставая потрепанную темно-синюю пару. Значит, не врет, действительно носит бабушкины носочки!

– Света, – командует негромко и, повернувшись к небольшому монитору, внимательно всматривается в размытые кадры. – Кто это к нам пожаловал? – бурчит недовольно.

Надеваю носки и, подойдя ближе, первым делом замечаю своих подружек, выходящих из машины. Дальше Годаровского шлагбаума проехать по нашему переулку нельзя. А я с ужасом наблюдаю, как, припарковавшись около моего забора, из старой Тойоты выходит Гена.

Блин! Вот уж с кем точно не хочу встречаться. С девчонками тоже. Кто-то из них предал меня.