Ты виновата, Света

Светлана

Мне до конца не верится, что есть возможность выпутаться из этой гнусной передряги. Конечно, Агата не стала ждать до утра. А велела нам приехать немедленно, подняв с постели задремавшего Дамира Михайловича. Ежусь под печальными взглядами стариков. Я бы дорого отдала, чтобы держать их в неведении. Но завтра Агате позвонит директриса и выставит меня последней дрянью. А потерять уважение Агаты и Дамира я не могу. Никак не могу!

– Ну, я все понял, – скрежещет Дамир. – Пойду, прогуляюсь.

– Куда? – охает, будто птичка, Агата. Смотреть на эту пару всегда приятно. В каждом жесте и взгляде сквозит забота и нежность.

«Мне бы такого мужа», – думаю я, наблюдая, как седовласый генерал, чмокнув жену в щеку, спешит на улицу. Наверное, не хочет меня видеть. Лучше посидеть в парке на лавочке, чем дышать одним воздухом с проститутками.

– Куда он? – изумленно спрашивает бабушка.

– Не знаю, – отмахивается Агата. – Пойдем чай пить. Я на ужин блины жарила. Ты же любишь, Светочка?

Вздрагиваю от мягкого голоса. Значит, старшие Годаровы на моей стороне. Не поверили глупой инсинуации.

– Наверное, кто-то воспользовался телефоном Руслана, – вздыхает Агата, заваривая чай. – Или у него айфон украли. Решили подставить вас.

– Или какой другой девушке он писал, – поддакивает бабушка и напряженно смотрит на свою подружку. – А что с работой делать? Ума не приложу.

– Я с Лидой поговорю, – веско бросает Агата. – Восстановит, куда денется.

– Я не хочу там работать, – всхлипываю тихо. – Лучше кассиром в «Пятерочке»…

– Конечно, – едко замечает Агата.– Для этого ты с отличием иняз окончила. Не придумывай, Светик. Никто не умер, чтобы так убиваться. А ну-ка, возьми себя в руки.

Маленькая тонкая рука ложится мне на плечо.

– У тебя жизнь только начинается. Будут еще взлеты и падения. Нужно научиться переносить их мужественно. И делать выводы.

Поднимаю на Агату непонимающий взгляд. Какие еще выводы? О чем? Меня оболгали и выкинули. Я даже мяукнуть не успела. Ни с кем не ссорилась, никому не мешала. Жила себе тихонечко."

"– О своих подругах, Света, – веско замечает Агата. – Мой внук, конечно, поступил гадко. Но не попади скан вашей беседы в Лидкины руки, все окончилось бы мирно. Ты бы вернула деньги, а Руслан принес извинения. Вот и подумай. Кому отправляла скан и кто мог тебя подставить? Это очень важный вопрос. Предателя нельзя прощать, понимаешь? Никогда.

Киваю, но и сама никак не могу поверить, что кто-то из девчонок мог меня предать. Кто? Катя или Лена? Обеих знаю с детства. И за ту, и другую готова расшибиться в лепешку.

Попив чай, устало бреду в библиотеку. Может, Агата и права. Никто не умер… Хотя мне кажется, что она ошибается. Я умерла. В тот самый момент, когда позволила Лидии Ивановне глумиться надо мной.