Силы были не совсем равны. В сравнении с Валерием Гайл был просто силач. Но Гайл просто смотрел на врага, и Извеков, не выдержав его взгляда, отвернулся и отошел к водопаду. Гайл вслед ему выругался на своем языке. Звучало это достаточно убедительно и без перевода.

— Интересно, чем он это оправдал? — злобно спросил Гайл. — Вырвал человека из жизни и использует его в своих целях, как собачонку…

— А Валерий считает, что ты его понимаешь.

— А я и понимаю. Вернее, догадываюсь. Истины я, видимо, так никогда и не узнаю. Что не дано, то не дано, — усмехнулся Гайл, хотя было видно, что ему абсолютно не смешно.

 — Ну и как тебе теперь, а?

Я промолчала.

— Извини, идиотский вопрос. Единственное, в чем ты можешь быть уверена, это то, что Валерка не бросит тебя опекать. Потому что ты ему нужна.

— Чтобы держать двери открытыми настежь?

Гайл внимательно посмотрел на меня, но было очевидно, что происхождение этой фразы ему не известно.

— Наверное, что-то в этом роде, — произнес он, оглядываясь на брата. — Что он хотел от меня?

— Он хотел сказать, что тебе угрожает опасность.

— Да ну? Единственные опасности в этом мире — вот… — он кивнул на мертвую эскору.

 — А более опасное, чем эта живность, существо — мой милый братец.

— Ты даже не подозреваешь, что ты — заложник, Александр, — возразила я.

— Чей? — Гайл удивленно распахнул глаза. — Я три года был заложником Валерки.

— Я не могу сейчас ничего тебе объяснить, потому что сама еще ни в чем не разобралась. Но попробуй отнестись серьезно хотя бы к моим словам, если не хочешь разговаривать с Валерием.

Гайл подобрал с земли куртку и стал натягивать ее на высохшие после умывания плечи.

Казалось, он размышляет над моими словами.

— И в чем суть проблемы? — он тряхнул ярко-рыжими волосами и недоверчиво ухмыльнулся: — Неужели у Валеры появился серьезный враг?"

"— Похоже, он был у него всегда, только он об этом не подозревал. И сейчас с трудом в это верит. Однако он сразу же поверил в их угрозу убить тебя, и поэтому примчался сюда.

— Как трогательно, — проворчал Гайл. — Но это ничего не меняет. Спасибо, конечно, за предупреждение, но я все равно ничего не могу изменить. У меня нет неординарных умственных способностей, у меня нет сверхъестественных чувств.

Я не могу поприсутствовать в чужом сне по собственному желанию, не говоря уже о более серьезных действиях, на которые способна ты, Катя.

— Я? Я еще тоже ни на что не способна…

— У тебя все впереди. Не отчаивайся, твое состояние, в любом случае, явление временное, — уверенно сказал Гайл. Потом он посмотрел на небо, прислушался и сказал: — уходите отсюда, вам не стоит здесь оставаться.

— Саша, а Рай можно уничтожить?

Он вздрогнул. И ничего не ответил.