– Что бы ты ни раскопала на этого парня, – усмехнулся Тимур, – я уверен: Дед сумеет этим распорядиться с большой пользой для себя.

Возражать ему мне и в голову не пришло.

Я жаждала получить аудиенцию с самого утра, но мне в ней было отказано: Дед был слишком занят. Я позвонила Вешнякову, чтобы напомнить о своей просьбе, Артем немного поныл для порядка, но потом сообщил, что краткие биографии корзухинских жен лежат у него на столе.

– Скину тебе по электронке, но предупреждаю сразу: ничегошеньки интересного. Родилась, училась, вышла замуж, развелась…

– С кем развелась?

– С мужем, естественно.

Чтобы выйти замуж за Корзухина.

– Ты его первую жену имеешь в виду? – уточнила я.

– Обеих. У них биографии как под копирку, только разница в возрасте в десять лет.

– Подожди, у Людмилы с Корзухиным второй брак? – нахмурилась я.

– Ну да. В двадцать лет она вышла замуж за Стригунка Алексея Семеновича, через два года родила дочь, еще через год развелась. А девять лет назад вышла замуж за Корзухина. Тот удочерил ее ребенка через полгода после свадьбы.

– Вот как… – буркнула я.

– Ага. То же самое с первым браком.

Разведенка, дочке шесть лет, а Вике на момент удочерения было пять. Обе супруги закончили пединститут, один и тот же, кстати, только в разное время.

– И обе погибли в результате несчастного случая."

"– Ты что имеешь в виду? – насторожился Артем.

– Ты же сам сказал: биографии точно под копирку написаны.

– Ну, любит мужик училок, как-никак родственные души, он и сам педагог по образованию. А несчастные случаи… что тут скажешь – судьба. Пересылать?

– Пересылай, – пробормотала я, добавила в голос сахара и попросила: – Узнай, не было ли среди пассажиров скоростного поезда…

– Ольга, имей совесть, – взмолился Вешняков.

 – Ну что ты в самом деле? У тебя Ларионов под боком, а у него целый штат откормленных оболтусов. Пусть хоть чем-нибудь займутся.

– Не ворчи, ты же знаешь, что они за работнички.

– Что конкретно тебя интересует? – вздохнул Артем.

– Возможно, таксист привез к дому Корзухина его старшую дочь, хотя она этот факт отрицает. Свяжись с нашими соседями, пусть перешлют ее фотографию из паспортного стола.

– И ты думаешь, таксист ее по фотке узнает? Да ни в жизнь.

Он на пассажирку внимания не обращал, а фотография в паспорте – это вообще особый разговор, я, например, сам себя не узнаю. Совершенно безобразная рожа. Проводить очную ставку нет оснований, потому что нет преступления.

– Доведение до самоубийства, – буркнула я. – Это что, не основание?

– А еще надо доказать, было это самое доведение или нет. У Быстрова что в бумагах написано? Несчастный случай.

– Твоему Быстрову просто лень работать.

– Моему Быстрову каждый день по темечку стучат. У него есть дела поважнее.