– А дочка Корзухина от первого брака на похороны приезжала?"

"– Была, – кивнула Лидия Михайловна. – Утром, часов в десять, приехала. А с кладбища сразу к себе вернулась. Владимир Сергеевич мне объяснил, что работа у нее важная. Я, признаться, и не знала, что у него еще дочка есть. Он вчера подвел ее ко мне и говорит: «Вот, Лидия Михайловна, моя старшая», а у меня и глаза на лоб. В соседней области она живет, училась там на художницу и осталась.

– Она что, ни разу к отцу не приезжала?

– Не знаю, при мне – нет. Но я ведь три дня в неделю прихожу. Что там у них в остальное время делается – не знаю.

– В доме, скорее всего, были ее фотографии.

– Да не было никаких фотографий, то есть снимков полно, но везде они втроем. И Людмила о том, что у Владимира Сергеевича еще дочка есть, мне ни разу не обмолвилась, почему я и удивилась.

– С отцом у них какие отношения? Не обратили внимания?

– Хорошие, какие еще?

– То есть ничего такого вы вчера не заметили? – «Ничего такого» я выделила, а теперь Лидия Михайловна смотрела на меня в замешательстве.

– Не приглядывалась я. Только подумала, что Владимир Сергеевич, должно быть, первый раз совсем молодым женился, дочка-то уж взрослая.

– Ей двадцать шесть лет.

– Вот-вот. Неряшливая она какая-то. И на отца совсем не похожа. Она старалась возле Вики держаться, обнимала ее, а та все к отцу, все к отцу, вроде как дичилась ее. Уж вы меня простите, я ведь по хозяйству хлопотала, мне вокруг смотреть было некогда. Но старшая-то мне не приглянулась, если честно. Смотрела исподлобья, вроде чем-то недовольная. Я вот вам наговорю сейчас, а вы решите, что я вроде Ленки, – забеспокоилась женщина.

– Это вы напрасно, – заверила я.

Мы еще немного поболтали, однако больше ничего заслуживающего внимания я не услышала и поспешила проститься. Лидия Михайловна проводила меня до порога.

– Вы Владимиру Сергеевичу не рассказывайте, что вас опять беспокоили, ему сейчас тяжело… – со вздохом заметила я.

– Что вы, я понимаю. Буду молчать.

Покинув Лидию Михайловну, я отправилась в родную контору с единственной целью: встретиться с Сапруновым. Оттого, войдя в здание, сразу же поднялась на второй этаж, где был его отдел. Сапрунов мужик занятный, не то что умен, но хитер, без сомнения. Должность свою он уважал и даже кичился ею. С теми, кто был выше его, говорил с подобострастием, причем не чурался откровенной лести, с подчиненными вел себя барином. Мог обложить матом и этим гордился: мнил себя знатоком русской души и любил повторять: «С простым народом по-простому и надо». По-простому, значит, по-хамски, и непременно с матерком.