До этого мы не то чтобы приятельствовали, скорее были знакомы. Жена у него погибла, впрочем, об этом весь город болтает. Клиентки я лишился, он меня пригласил поужинать, чтоб все вопросы закрыть, и в кафе, где ужинали, этот к нам и подсел. Перекинулись двумя словами. И вдруг он звонит, передает привет от Корзухина и уверяет, что очень нуждается в моей профессиональной помощи. Клиентура у меня обширная, но Корзухину мне отказывать не хотелось, мужик он хороший, и слух идет, что высоко метит.

– Чего Грузнев от тебя хотел?

Витя вздохнул и посмотрел с маетой.

– Ольга Сергеевна, вы ж понимаете, если я… дело даже не в карьере, с их легкой руки чего доброго еще и в тюрьме окажешься.

– Ну, до тюрьмы еще дожить надо, – порадовала его я.

– Понятно. Вас чужие проблемы не интересуют.

– На конверте нашли пальчики, случайно, не твои?

– Нет. Хоть сейчас отпечатки берите.

– Как же ты конверт в ящик сунул, неужто в перчатках был?

Он дернулся, шмыгнул носом, уставился в пол и наконец пробормотал:

– Салфеткой запасся. Я же юрист, не идиот какой-то…

– Грузнев не объяснил, зачем ему надо Вешнякова подставить?

– Конечно, нет.

– На чем он тебя поймал? Ты ж не идиот какой-то, понимал, чем рискуешь.

Витя отвернулся, вновь шмыгнул носом и затих.

– Ладно, меня это не касается. Да, влип ты крепко.

Он хмыкнул и головой покачал.

– Еще как. Здесь Молчанов, там… – Он опять покачал головой, очень себя жалея. – Неизвестно, что хуже. Под протокол ничего не скажу и не запугивайте. Мне ж тогда крышка… Прощай карьера и все такое. А у меня родители между прочим пожилые люди.

– Ага, мама сыном гордится. Номер мобильного телефона Молчанова знаешь?

– Конечно.

– Диктуй. – Я достала телефон и набрала номер.

– Да, – резко ответили мне.

– Имя, отчество? – шепнула я Дергачеву.

– Анатолий Васильевич.

– Анатолий Васильевич, это Ольга Тагаева. Мы незнакомы, но я много хорошего слышала о вас от своего мужа.

– Очень рад, Ольга Сергеевна, – с легкой заминкой сказал Молчанов. Чему он там рад, судить не берусь, но голос его подобрел, без сомнения.

– Я сейчас в больнице у нашего общего друга. Виктор Юрьевич привет вам передает. Чувствует он себя не очень хорошо, сделайте милость, пока его не беспокойте.

– Понял, Ольга Сергеевна. Все понял, – с готовностью произнес Молчанов, и я с ним простилась.

Дергачев посмотрел на меня, вздохнул и поинтересовался:

– И что дальше?

– Посмотрим, – пожала я плечами.

– Я все равно… – взвился Виктор Юрьевич, но тут же сник. – Связался с этими сволочами…

– Витя, ты не умеешь радоваться жизни. У тебя была серьезная проблема: Молчанов. Сейчас ее нет, но ты все равно жизнью недоволен. Надо работать над собой, концентрироваться на позитиве…

– Издеваетесь, – вздохнул он. – Ничего подписывать не буду, хоть убейте.