Я уже три часа сновала между кухней и гостиной, пытаясь одновременно приготовить ужин, развесить гирлянды и угодить всем, кто собрался за столом.

Женя настаивал, что я слишком усердствую, и пытался помочь, но его помощь больше напоминала вмешательство. Мама тоже приехала с мужем – Клодом, элегантным французом, который только осваивал русскую кухню.

Клод сидел за столом с таким видом, будто его только что пригласили на казнь, а не на праздничный ужин. Особенно его насторожил холодец, который я с гордостью поставила в центр стола.

– Qu'est-ce que c'est?* – вопросительно протянул он, указывая на блюдо вилкой.

– Это наш русский деликатес, Клод, ты обязан попробовать, – радостно сказал Женя, уже разливая штрафные рюмки для новоиспечённого родственника.

После первой рюмки Клод побледнел. После второй – оживился. А после третьей, к нашему удивлению, начал уплетать холодец за обе щеки, периодически нахваливая его с сильным акцентом.

Ваня тем временем бегал вокруг ёлки, напевая рождественские песенки и выжидая, когда ему можно будет открыть подарки. Мы решили подарить ему новый велосипед, о котором он давно мечтал, но он пока не знал об этом и дразнил нас загадочными догадками.

А я нервничала. Слишком нервничала.

Дело в том, что у меня была новость, которую я готовилась рассказать Жене уже несколько дней.

Я… беременна. Мы с ним говорили о том, чтобы завести ещё ребёнка, но, честно говоря, я не ожидала, что всё произойдёт так быстро.

О том, что я жду малыша, знала только я.

Или… так мне казалось.

Пока я накладывала салат на тарелки, мама подошла ко мне, и я сразу поняла, что что-то не так.

– Какой срок? – спросила она так невзначай, будто речь шла о рецепте.

– Мам, о чём ты? – моё сердце тут же ухнуло куда-то вниз.

– Не выдумывай, дорогая. Я же вижу, что у тебя походка изменилась, – мама улыбнулась, скрестив руки на груди. – Ты уже сказала Жене?

– Пока нет… – я едва прошептала.

Мама обняла меня, крепко прижала к себе и прошептала слова поддержки:

– Ты всё сделаешь правильно. Он будет счастлив.

И, подмигнув, она отправилась обратно к столу, оставив меня переваривать свои эмоции.

Когда часы пробили полночь, мы поздравили друг друга с Рождеством, подняли бокалы и зажгли бенгальские огни. Женя наклонился ко мне, чтобы обнять, и я решила, что это самый подходящий момент.

– Женя, – прошептала я ему на ухо. – Ты скоро станешь папой… второй раз.

Он застыл. На мгновение я испугалась, что он не понял, но потом его лицо озарилось широкой улыбкой.

– Таня… правда? – его голос был полон радости.

Я кивнула, и он, крепко прижав меня к себе, засмеялся.

– Господи, я снова стану папой! – воскликнул он так громко, что все за столом обернулись.