Хойзеру показалось, что голос шефа разведки был ошеломленным.

— Так точно.

— Что же им нужно, черт возьми?.. — обращаясь словно к самому себе, пробормотал Шелленберг и тут же спросил: — Допрашивали?!

— Никак нет.

— Отлично! — В голосе Шелленберга звучало неподдельное волнение. — Слушайте меня, Хойзер, берите самолет и немедленно вылетайте с этим британцем в Берлин. Поняли? Приказ о вашей командировке я пришлю сегодня же…

— Бригадефюрер, наша армия отступает, — осторожно напомнил Хойзер, — каждый самолет на счету. Мне не дадут воспользоваться самолетом.

— Хорошо, завтра самолет из Берлина будет у вас. И спасибо за службу, Хойзер!

— Хайль Гитлер! — снова произнес оберштурмфюрер и повесил трубку.

«Отлично, — ликуя, думал он, — Шелленберг клюнул, Шелленберг волнуется… Теперь главное — держаться за англичанина. Это мой козырь…»

* * *К полудню Ник окончательно пришел в себя. Голова по-прежнему болела адски, но по крайней мере соображать и передвигаться он мог. Его провели в землянку, где сидели двое — командир отряда и особист.

— Кто такой? — неторопливо спросил командир отряда, разглядывая задержанного.

Ник молчал. Говорить о том, что он офицер британской армии, он не имел права. Утверждать, что он немец, тоже было бы глупо — зачем немцу прыгать с парашютом в тыл немецкой же армии?.. Сказать, что он русский? Но разве по акценту не слышно, как плохо он говорит на этом языке?..

— Молчит, гад, — со вздохом покачал головой особист. — Слушай, командир, да чего с ним церемониться, а? Фрицы бегут, а мы с этим летуном сопли разводить будем — кто да какой части?.. Кишки ему на штык намотать!

— Кишки, говоришь, намотать? — Командир нахмурился.

 — Это что ж… Это можно.

Ник многое слышал о кровожадности русских. Долгие годы жизни с медведями, в снегах, при царе научили этих варваров беспощадности… «Ну что же, — подумал Ник, — никто тебя силой не тянул в коммандос, парень. Ты сам выбрал свою судьбу. И сейчас твоя судьба перед тобой… Что тебе можно посоветовать? Только держаться».

— Только ты, Анатолий Иванович, видать, забыл, — неожиданно продолжил командир отряда, — что вчера мы получили приказ от товарища Пономаренко — перейти в оперативное подчинение командованию 3-го Белорусского фронта.

И что командование это ой как крепко спросит с меня и тебя за бесчинный расстрел пленного. Откуда ты знаешь, вдруг это диверсант матерый, которого «Смерш» разыскивает? А?.. Все равно через три-четыре дня здесь наши будут. Вот им спокойненько с рук на руки в целости и сохранности и сдадим…

Слова «Смерш», которое прозвучало в разговоре, Ник не понял, но особист, видимо, его знал хорошо. Он криво усмехнулся и после недолгих раздумий махнул рукой.