Тело уже липкое от пота, возбужденный член подрагивает, и постоянные волны удовольствия с каждым разом становятся все ярче. Наверное, именно так Лис переживает свои течки. Тело дрожит под немыми ласками демона, анус пульсирует — у меня сейчас крышу снесет от слишком медленных движений.

— Потерпи, — тихий шепот-просьба, и меня пробивают просто волшебные ощущения, когда два его пальца проникают сквозь податливый анус, глубоко и медленно. Три, четыре — никакого дискомфорта, я лишь пытаюсь насадиться глубже. Закусываю губу до крови, раня себя своими же клыками, не могу больше, это невозможно терпеть.

— Встань на колени, обопрись локтями на подушку, — вынимая пальцы, приказывает демон.

Слушаюсь беспрекословно, в моем состоянии невозможно не слушаться. Становлюсь в нужную позу и впервые не сдерживаю стона, когда чувствую, как Дис, добавив смазки, входит в меня так же, почти всей рукой. Опять холод и смазка — непонимающе смотрю на демона затуманенным взглядом, а тот показывает мне вторую руку и зачем-то кладет ее на ягодицы.

Не знаю, почему я не сопротивлялся, понимая, что меня просто имеют двумя руками. Хотя вру, знаю: у демонов, как у альф, когда они оплодотворяют, член увеличивается просто до ужасных размеров, зато еще не было ни одной нежелательной беременности от них. Но что-то я отвлекся.

Легое напряжение, и я ахаю в тот момент, когда он разводит руки в стороны.

— Шесть пальцев, по три с каждой руки — и у тебя очень красивая и растянутая дырочка, — пошлости льются потоком, но уже буквально через секунду он добавляет: — А теперь прибавим к этому мой член — именно так он тебя растянет, когда я буду тебя оплодотворять.

— Пальцы убери, ах-х-х, — я просто не успеваю договорить, как тело пробивает судорогой, когда чувствую, что он заходит до предела. Тело потряхивает, прокусываю свое запястье в немом крике и понимаю, что кончил даже не притрагиваясь к себе. Чертов афродизиак.

Секунда, пальцы покидают тело, мышцы сжимаются на члене, его руки, влажные от смазки, скользят по бедрам. Я замираю, холодок заклинания очищения, и уже сухие руки уверенно сжимают ягодицы.

Он то входит до основания, то выходит полностью, любуется открывшимся видом и опять заходит до упора. Выходит, не входя, растягивает пальцами анус, льет туда смазку и одним точным толчком вновь погружается в меня.

Резко, очень резко меня поднимают, обхватив одной рукой за торс, и прижимают к стене.

— Обопрись на стену, — хрипло, слишком возбужденно просят меня.

Руки обжигает холод, поясница изогнута, а мое лицо разворачивают к себе и впиваются в губы поцелуем. Привкус крови на губах, толчок, его язык скользит внутрь, пальцы мягко мнут соски, одна рука поглаживает живот, заставляя возбуждаться еще сильнее.