— Войди же под своды мои, но поклянись челом, что не промыслишь мне зла.

— На Библии поклясться, что ли?! — попробовал закосить я, но не сработало, мужик оказался ушлым.

— Клянись звездой Люцифера, именем Асмодея, холодным семенем Вельзевула и кривыми рогами Баффомёта, что не причинишь мне зла!

— Клянусь, клянусь… Теперь можно войти?

— Да. — Ворота милостиво раскрылись.

Собственно, если обычной клятвой он всерьёз рассчитывал вот так полностью себя обезопасить, то здорово ошибался. Я-то вреда причинять не буду, но что, если при получении отказа от выплаты по договору сюда заявится другой демон, куда менее привередливый и законопослушный, чем я? Душа чернокнижника — лакомый кусочек, наши от такого никогда не отступаются…

Я пересёк маленький дворик, заросший тщательно рассаженным репейником и верблюжьей колючкой. На единственной асфальтовой тропинке скалили зубы два пружинистых добермана. Милые пёсики, я улыбнулся им во всю пасть и, убедившись, что кобели обмочились на месте, толкнул чёрную металлическую дверь, украшенную кованой звездой Давида и потрёпанной бумажной иконкой Николая Чудотворца. Соседство умилительное до изжоги, не хочется даже представлять, какая каша в голове хозяина дома. И ведь все они такие, балдею с их профсоюза…

Я легко взбежал по ступенькам на второй этаж, шагнул в полутёмный коридор, а оттуда в комнату, освещаемую пламенем пяти толстых красных свечей, расставленных на лучах вычерченной на полу пентаграммы. В центре её, гордо задрав голову, стоял высокий стройный мужчина в чёрном балахоне. Длинные седеющие волосы собраны на затылке в конский хвост, лицо загорелое от солярия, а клиновидная бородка блестит от геля для экстремальных стрижек."

"На груди висит кельтский знак Цернуноса, на запястьях африканские амулеты-обереги, а пальцы унизаны разнообразными кольцами, аккумулирующими энергию и призванными обеспечивать своему владельцу здоровье и защиту от всяческих неприятностей. Намётанным глазом я отметил даже алюминиевую копию Кольца Всевластия из популярной саги Толкиена. Хоть бы на шее носил, Фродо недоделанный, но нет так нет…

— Что ты искал от меня, о Посланник? — первым начал «чародей», скрестив руки на груди.

— Договорчик истёк, — спокойно ответил я, в отсутствие стула вальяжно прислонившись спиной к стене.

Его лицо мгновенно побагровело…

— Как смеешь ты говорить со мной в столь неподобающе вольном тоне?!

— Я же демон, а следовательно, редкостное хамло. К тому же близко не уважающее чернокнижников. Но суть не в этом. Твой срок вышел, Климент.

— Клио-о-омент!!!

— Не ори, мне без разницы.

— Низкая тварь, — он нацелил в меня самое большое кольцо и сжал пальцы в кулак, — я испепелю тебя!

— Ещё раз.

— Испепелю! — Он вновь напрягся всем телом.