Есть основания предположить, что это труп одиннадцатилетней Даши Малиновской, пропавшей из вашего учреждения в ноябре пятьдесят девятого года.

— Не основания, а уверенность, — поправила Рита, — найдены старые медицинские карты. В возрасте девяти лет Даша ломала левую ключицу. А еще у нее был сломан мизинец, который впоследствии неудачно сросся. Девочка была непоседливая, с ней постоянно что-то случалось. Эксперты подтвердили: на ключичной кости — следы перелома, а верхняя фаланга левого мизинца зафиксирована под углом. Двойное совпадение. Это, без сомнения, Даша Малиновская.

— Вы думаете, я не переживал? — вспыхнул директор. — Весь коллектив переживал. Многие сотрудники до сих пор помнят эту девочку живой и здоровой. Мы не снимаем с себя ответственность. Но и вы постарайтесь понять. Этот случай — единственный за все годы. Нет, случалось всякое, беспризорники, сами знаете, какой народ. Матерятся, курят, ножичками вертят, причем с самого нежного возраста. Многие приходят уже готовыми уголовниками. Непослушные, заносчивые, чуть что — лезут в драку. И девочки такие же. Мы научились с этим справляться — и не одним лишь добрым словом, это тоже понятно.

Методы разные. Но детей мы не бьем и достоинство их не унижаем. Это факт общеизвестный, можете даже не проверять. Случались драки, даже поножовщина — в старших группах. Били окна, доставалось и воспитателям. Но трагических случаев никогда не было — это факт.

«Про Дашу тоже узнали семнадцать лет спустя», — подумал Туманов.

— И второе, — директор не менялся в лице, но в голосе зазвенела торжественность. — Даша была строптивым ребенком — ветреным, непослушным.

Ей не нравилось находиться взаперти и соблюдать правила. Мы практикуем к каждому ребенку индивидуальный подход. Но в данном случае это не сработало. Поймите правильно, такое бывает. Даша несколько раз сбегала, ее ловили. Поймай ее еще раз, уверен — из девочки бы вырос достойный член общества. Но случилось именно то, что случилось. Досадный человеческий фактор. Еще до побега она шепталась с девочками, говорила, что сбежит в Читу, где проживала женщина, ошибочно принимаемая ею за родственницу. Постовой милиционер на станции, когда ему показали фото, заявил определенно: видел эту девочку. Цеплялась к пассажирам, следующим на восток, кто-то ее забрал. Человек ошибся — и после этого Дашу искали на маршруте поезда, а потом в Восточной Сибири. Естественно, не нашли.

— Все это время она была в Грибове, — удрученно заметил Туманов. — Сначала живая, потом мертвая. История не получила огласки — дети молчали, воспитатели молчали, осведомленные представители власти тоже молчали…

— А что вы хотели? — резко отозвался Грабовский.