— Мистер Мейсон, не будете ли вы так любезны рассказать моему мужу о том, что мужчина находит в женщине отражение своих собственных мыслей? Мейсон, мои когти будут очень и очень остры.

— А разве не вы заставили своего мужа поверить в то, что оформили развод? — спросил Мейсон.

— Я не несу ответственности за то, во что верит мой муж.

— Но вы же сказали ему, что оформляете развод, не так ли?

— Мистер Мейсон, женщина очень часто говорит мужчине много всяких вещей, когда хочет вновь пробудить в нем страсть, любовь, уважение к ней. В своем порыве она может заявить, что собирается покончить жизнь самоубийством, пригрозить всем, чем угодно, заявить все, что хочет, пообещать все, что пожелает.

— При таких условиях, — сказал Мейсон, — я боюсь, что вы влетите своему мужу в копеечку.

— Я тоже боюсь, что это будет так.

— Но не совсем так, как вы рассчитываете, — заметил Мейсон.

— Что вы имеете в виду?

Мейсон посмотрел ей прямо в глаза.

— Я имею в виду, что я тоже неплохой драчун. Я намерен рано или поздно узнать каждый ваш шаг с того момента, как вы покинули мужа. Мы все о вас узнаем, мы узнаем…

Она лукаво усмехнулась.

— Мистер Мейсон, мне безразлично, сколько частных сыщиков вы наймете. Все равно вы не узнаете все о том, чем я занималась последние шесть месяцев. И даже если я превратила свою спальню в ночлежку, я подам на мужа в суд за двоеженство. Я достаточно умна, чтобы знать это, Мейсон, а вам-то сам бог велел. А теперь, Мейсон, прошу извинить меня. Мне нужно заниматься другими делами. И я бы не хотела, чтобы вы о них знали. Всего хорошего, мистер Мейсон.

Мейсон поднялся. Она проводила его до двери.

— Жалко, что вы не мой адвокат, а Эдварда. Ну, теперь уж ничего не поделаешь. Чувствую, что вы доставите мне немало беспокойства.

— А я почему-то уверен, что вы мне доставите немало трудных минут.

Ее глаза вдруг вспыхнули от волнения.

— Вы чертовски правы, Мейсон, я уж постараюсь. — И с этими словами она закрыла за адвокатом дверь.

6

Эдвард Гарвин стоял на балконе своей комнаты в гостинице «Ла Йолла» и смотрел на лунную дорожку, мерцавшую на поверхности Тихого океана. Миссис Гарвин-2 стояла рядом с ним.

— Лори, дорогая, — с чувством начал Гарвин, — это похоже на…

— Да, дорогой.

— На нескончаемый медовый месяц. Дорогая, ты меня любишь?

— Конечно.

— Ангел мой, посмотри же на меня. Перестань смотреть на океан.

Она повернулась к нему с благодушной, немного извиняющейся улыбкой.

— Скажи что-нибудь, — попросил Гарвин.

— Что сказать?

— Ты знаешь что. Скажи: «Я тебя люблю».

— О, Эдвард, — ответила она нетерпеливо. — Ты ведешь себя как студент-второкурсник.

— Дорогая, у тебя не хватает романтизма. Неужели ты не чувствуешь очарования окружающей природы? Мы здесь далеко от всего… От работы, никто не знает, где мы.