Эти маневры привели к тому, что двое присяжных мужского пола вынуждены были перегнуться через стол, чтобы иметь более удобное поле обозрения, зато подбородки трех присяжных женского пола, которых природа обделила привлекательностью, возмущенно вздернулись вверх.

– Ваше имя Ивонна Мансе? – спросил Мейсон.

– Да.

– Есть ли у вас другие имена?

– Нет.

– Были ли вы действительно замужем за Монроем Векстером?

– Была. Но теперь, овдовев, я предпочитаю свою девичью фамилию.

– Понятно. Вы не желаете носить фамилию своего супруга.

– Дело не в этом. Просто Ивонна Мансе – мое профессиональное имя.

– И чем же вы занимаетесь?

На минуту воцарилась тишина, и прокурор вскочил с места.

– Протестую! – выкрикнул он. – Ваша честь, я возражаю против линии допроса и существа самого вопроса. Он не имеет отношения к делу.

Судья Хартли потер подбородок и объявил:

– В данном случае считаю необходимым поддержать протест обвинения. Протест принят.

– Вы были обвенчаны с Монроем Векстером? – задал следующий вопрос Мейсон.

– Да.

– На борту судна?

– Да.

– А ранее?

– Нет.

– До этого вы не совершали брачного обряда?

– Нет.

– Вы знакомы с законом о семье и браке?

– Да.

– Вы когда-нибудь называли себя миссис Векстер?

– Да.

– До этого круиза?

– Да.

– В соответствии с разработанным вами планом Монрой Векстер должен был притвориться погибшим, не так ли?

– Да.

– Кому принадлежала эта идея, вам или Монрою?

– Ему."

"– Он должен был притвориться, что утонул, прыгнув за борт, и таким образом получить возможность контрабандным путем переправить камни?

– Да. Я уже об этом говорила.

– Другими словами, если кому-либо было выгодно считаться погибшим, то это именно Векстеру, и он по доброй воле инсценировал самоубийство.

– Возражаю, поскольку на данный вопрос был получен ответ, – заявил Бергер.

– Возражение принято, – сказал судья.

Удовлетворенный ответами Ивонны, Мейсон улыбнулся присяжным и задал новый вопрос:

– Вы признали, что принимали участие в контрабандных операциях?

– Конечно. Я ведь не глупенькая.

– Естественно… После начала данного расследования вы встречались с окружным прокурором?

– Конечно.

– А не благодаря ли прокурору вы получили возможность выступить на этом процессе в качестве свидетеля, не будучи привлеченной к уголовной ответственности за контрабанду?

– Ну, понятно…

– Одну минуту, – прервал его Бергер. – Ваша честь, я возражаю против этого вопроса. Он не имеет отношения к делу и не соответствует правилам ведения перекрестного допроса.

– Не принимается. Отвечайте на вопрос, свидетельница.

– Ну, конечно, определенной договоренности не было. Это было бы… неблагоразумно.

– Кто вам сказал, что это было бы неблагоразумно?

– Мы все согласились, что это так.