Ивонна жила в уединенном отеле, как было договорено, и ждала встречи. Ожидание затянулось…

– Может, Векстер решил, что целый улов лучше половины? – спросил Мейсон.

Ирвинг с сомнением покачал головой:

– Как будто прелестная Ивонна, потеряв терпение, отправилась к их сообщнику на катер, и тот ей сказал, что Векстер вообще не появлялся. По всей вероятности, у него случились судороги, когда он под водой добирался до его суденышка, боясь высунуть наверх голову.

– Все это происходило в водах США? – поинтересовался Мейсон.

– Как раз у самой гавани Лос-Анджелеса.

– Днем?

– Нет, на рассвете.

– Хорошо. Было сделано предположение, что Векстер утонул, – сказал Мейсон. – И что же дальше?

– Ивонна Мансе заподозрила нечестную игру. Она решила, что их сообщник мог утопить Векстера, чтобы завладеть камнями. Возможно, она была в конечном счете права. Но, естественно, не сказала бы ни слова, если бы таможенники не стали, в свою очередь, кое о чем догадываться и не дали знать полиции. Ну а та подвергла восхитительную Ивонну допросу после того, как выяснилось, что за десять месяцев до этого они с Векстером уже путешествовали на другом судне в качестве законных супругов.

– И тут Ивонна Мансе разоткровенничалась? – спросил Мейсон.

– Еще как. Выложила все, что знала. И приплела Джона Джефферсона, который якобы занимался реализацией контрабандных драгоценностей. Тогда полиция сильно заинтересовалась личностью последнего и вчера, получив на основании показаний Ивонны Мансе, данных ею под присягой, ордер на обыск, нагрянула в нашу контору.

– И обнаружила на сто тысяч драгоценных камней?

– Обнаружила стоящий набор камней, – ответил Ирвинг. – Скажем, одну треть контрабандной партии.

– А остальные две трети?

Ирвинг пожал плечами.

– Где нашли камни?

– Там, куда их кто-то очень ловко подсунул. Может быть, вы помните ту суматоху, которая поднялась, когда в нашу контору проникла незваная гостья. Полиция попросила нас тогда проверить, не было ли что-нибудь похищено. Нам и в голову не пришло проверить, не было ли что-нибудь подложено.

– Где же были найдены бриллианты?

– В пакете, прикрепленном лейкопластырем к задней стенке ящика письменного стола.

– Ну и что же сказал Джефферсон по поводу этой находки?

– Что он мог сказать? Для него все это было такой же неожиданностью, как и для меня.

– Вы можете поручиться за достоверность этих фактов? – спросил Мейсон.

– За это я ручаюсь, но я не могу отвечать за романтические бредни Джона, желающего во что бы то ни стало выгородить эту девушку.

– Это та же особа, которая проникла в контору?"

"– Полагаю, что да. С Джоном случился бы обморок, он навеки перестал бы со мной разговаривать, если бы я осмелился высказать ему такое предположение.