— Стать королевским дегустатором!

Последние три слова глава академии почти прокричал. Конечно, на радостях! А я… я чуть не лишилась чувств. Услышанное не просто произвело впечатление. Оно выбило почву из-под ног, окрасило недалекое светлое будущее в серые тона.

Ситуация прояснилась: генерал Майе прибыл в учебное заведение по долгу службы похлопотать о новом дегустаторе. Казалось бы, стоило выдохнуть, ведь он не узнал меня, но перед внутренним взором невольно возник собственный портрет с траурной лентой в нижнем углу.

Сердце бешено заколотилось в груди, глаза обожгли непрошенные слезы. Разве можно вот так, не спросив даже мнения, ставить перед фактом?

Возмущения наряду с возражениями застряли на языке. Я хотела сказать минейру Гринсби, что не испытываю ни малейшего желания становиться королевским дегустатором, но с губ слетали лишь рваные звуки.

Сжав кулаки, сделала глубокий вдох и такой же протяжный выдох. Мне следовало немедленно взять себя в руки и постараться убедить этого самодура и весьма нехорошего человека изменить решение. Пока не поздно. Другого шанса не будет. Сейчас или никогда!

— Почему я? — спросила как можно более естественно, хотя внутри все дрожало от злости и страха разоблачения.

— Вы лучшая на факультете зельеварения. Еще, очевидно, забыли благодаря кому обрели возможность стать адепткой Академии семи королевств и получить престижное образование. Его Величеству! — с нажимом произнес минейр Гринсби. — Пять долгих лет страна кормила вас, вкладывала знания в ваш светлый ум, не взымая платы и не обращая внимания на происхождение. Пришло время отплатить государю той же монетой: верой и правдой отслужить оговоренный при зачислении срок.

— Я не отказываюсь от обязательств и готова где угодно отработать три года на благо королевства. Даже в самой непросветной глуши. Только в качестве зельевара или мага воды. Меня не готовили к работе дегустатора, поэтому не уверена, что оправдаю ожидания.

— Вы с легкостью определяете составляющие сложнейших настоек, — привел ректор весомый довод, спутав все карты.

О других аргументах, которые собиралась привести, следовало позабыть. После заявления главы академии они показались бы детским лепетом.

Я не стала раскисать и предприняла очередную попытку выпутаться из удручающей ситуации:

— Не отрицаю. Но мне требуются особые условия. Вряд ли кто-то станет перестраивать дворец ради прихоти выпускницы академии.

— Какие? — встрял в беседу Майе, о присутствии которого я позабыла вследствие сильного потрясения.

Его громкий командирский голос заставил меня вздрогнуть. Связные мысли тотчас испарились. Возобновить в памяти разговор и придать лицу невозмутимое выражение удалось только спустя несколько секунд.