-А Дамир Русалович там будет? - любимый тренер сына уже две недели как был в отпуске, и сын заметно истосковался по нему.

-Рустамович, - на автомате поправила я, ощущая, как сердце в уже привычном ритме ускоряет свой бег. - Не знаю, Вань. Но ведь тебе и Виктор Алексеевич нравится?

-Нравится, - согласился ребёнок. - Но я Дамира Русаловича хочу…

Понимающе кивнула головой, полностью разделяя желание Ваньки, чтобы сегодняшнюю тренировку вёл Бероев, а потом сама же одернулась, невольно заливаясь краской."

"Катя, ты сошла с ума, - отругала себя я. Волнение и неодобрение, вызванное этим самым волнением, были уже вполне привычными, о причине которых я предпочитала элементарно не думать. Мало ли от кого моё сердцебиение учащает ход? Есть у меня подружка Ксюша, так она в уже не один год вздыхает по Тому Харди. Не считать же это преступлением? Как говорят мужчины: “Смотреть никто не запрещал...”. А я особо-то и не смотрела, но отчего-то всё равно безумно смущалась каждый раз, когда видела тренера сына, отчаянно молясь о том, чтобы ни один мускул на моём лице не дрогнул, выдавая предательские мысли. Но ведь смущение - это ещё не измена? Или измена?!

Привычный диалог в очередной раз зашёл в тупик, и я, проклиная свою неугомонную голову напару с Дамиром Русаловичем, наглым образом периодически влезающим в неё, отправилась на кухню варить кашу.

Ванька копошился в своей комнате, заправляя постель, которую потом почти со стопроцентной вероятностью мне придётся перестилать. Из нашей спальни донёсся звонок будильника и недовольное Славкино мычание, намекающее на то, что муж бы тоже не отказался ещё немного поспать. И я, тяжёло вздыхая, окончательно запихнула все свои крамольные мысли на задворки сознания, отдаваясь течению нашего дня.

Глава 2 (Дамир)

К моему удивлению, Стас встречал меня лично, о чём умудрился предупредить в самый последний момент, скинув мне сообщение на телефон. И ровно в тот момент, когда наш самолёт уже успел состыковаться с телескопическим трапом, перед этим долго и нудно выруливая по рулёжной дорожке к зданию аэропорта. Я невольно улыбнулся этому дурацкому сообщению в Telegram, велевшему  мне оставаться на месте. Потом, правда, брат уточнил, что оставаться на месте мне надо на выходе из зоны прилёта, а не посреди потока пассажиров. Он словно действительно полагал, что я как истукан зависну именно там, где меня настигло его указание.

В голове сразу же щёлкнула знакомая мысль: “Я дома”. Географическое понятие дома у нас было достаточно размытым, существуя на три города, наша семья потихоньку продолжала захватывать просторы России. Поэтому и дом у каждого из нас был там, где его сегодня ждали.