Головой своей вроде как думать научился, а вот жить вне русла своей семьи так и не научился. Слишком много лет почти все мои мысли были сосредоточены на проблемах Черновых. Теперь же… Теперь же я вдруг потерялся в поисках собственного пути, не имея ни малейшего представления, что там дальше. Образование получил, работу нашёл… А дальше вдруг тупик. Тусить и развлекаться был как-то ни разу не мой вариант. Строить семью… Не хотелось тоже. Вернее как… Не хотелось так, чтобы это было долженствованием. Не потому что надо… А вот так, банально, по любви. Так, как было у родителей.

У обоих. Я пытался строить отношения, у меня даже когда-то была девушка, но ни разу в жизни я не испытал и йоты тех чувств, о которых мне в своё время рассказывал отец. Отчего на самом деле я ощущал себя достаточно глупо, словно маленький ребёнок, всё ещё верящий в сказки. И я уже почти был готов махнуть на всё это рукой… До вчерашнего вечера. И да, перед глазами вновь была Катя с этим неподдельным ужасом во взгляде, отскакивающая от меня.

Ну почему так? Почему сейчас?

Глава 13

Уже на следующий день после моего феерического выхода в свет, Женька, вновь забежавшая ко мне между делом и осмотревшая ногу, заключила, что я могу смело выходить на работу, но желательно без каблуков и прочей возвышенной обуви.

На что мне оставалось лишь печально вздыхать, ибо иного способа справляться с нехваткой роста мною до сих пор обнаружено не было. Но даже это не смогло омрачить моей радости от возвращения в нормальный рабочий режим. Сил сидеть дома в компании своих грустных мыслей и беспокойных дум не было уже никаких. Словно сами стены нашей квартиры начинали сжиматься, выдавливая за свои пределы падшую меня, хоть падение и было… не столь глобальным… Да-да, именно так я успокаивала свою совесть все эти дни, пытаясь оправдаться предсказуемым: “Это был всего лишь поцелуй”.   Не помогало, и шокированная я продолжала и дальше вариться в своём оцепенении, стыдливо отводя взгляд от собственного мужа.

Спасало лишь одно: Слава расценил мою отрешённость как обиду за их с Ванькой субботний инцидент. Впрочем, Ларин и сам морозился на меня, не зная иного способа отреагировать на мои “загоны”.

-Катя, ну что ты как ребёнок, ей-Богу.

Давай поговорим, если тебе так хочется, - в один из вечеров попробовал он наладить контакт, устав от моего молчания.

Мне не хотелось. Я не знала, что говорить, растерянная и напуганная своими мыслями о Дамире настолько, что так и не смогла высказать Славе всё, что думала по поводу его поступка. И это тоже начинало давить, ибо теперь я была виновата ещё и перед своим ребёнком.

Ванька вернулся с дачи задумчивым и молчаливым, слабо реагируя на мои несмелые попытки его развеселить.