»

Когда он вернулся, два бифштекса уже жарились на сковородке. Подаренная им розочка стояла в треснутом стакане посередине стола.

Какое-то мгновение Крид задержался на пороге, нахмурившись и наблюдая за Джесси. Она повязала фартук поверх платья и тихо напевала, переворачивая бифштексы. «Какой станет моя жизнь, — подумал он, — когда женщина будет за мной ухаживать, беспокоиться из-за меня, надоедать мне?»

Он выругался вполголоса: «И откуда только берутся такие мысли?»

Джесси повернулась к нему от плиты, и ее лицо озарилось улыбкой, какой она всегда встречала его. Крид и не пытался отрицать, как нравилась ему эта улыбка, предназначенная только ему одному.

— Садись к столу, — пригласила Джесси. — Ужин почти готов.

Он бросил шляпу на стол, отодвинул стул и сел.

— Наверное, тебе уже надоело готовить для меня? — пробормотал он. — Да нет же, мне это нравится, — скороговоркой выпалила Джесси и покраснела. — Я хочу сказать, что вообще люблю готовить, но Роза почти не ест дома, а для себя одной готовить не интересно.

Она прикусила нижнюю губу и взяла большую деревянную ложку.

— Мне и в самом деле нравится готовить для тебя, и я люблю, когда ты здесь, со мной.

Он чертыхнулся про себя, а потом неохотно признался:

— И мне здесь нравится.

— В самом деле?

— Солнышко, если бы не нравилось, я бы сюда не приходил.

«Солнышко. Он назвал меня солнышком!». Это слово, теплое и нежное, потрясло ее и дошло до глубины сердца.

Приготовив ужин, она села напротив него, слишком счастливая, чтобы есть. Они говорили мало, но молчание было красноречивее всяких слов.

После ужина Крид вышел покурить, а Джесси вымыла и вытерла посуду. Потом они сели вместе на веранде, он обнял ее за плечи, и они смотрели, как на небе зажигаются звезды.

Они просидели достаточно долго, пока Крид наконец не сказал:

— Пожалуй, мне пора идти.

Однако он не услышал ответа и понял, что она уснула.

Он отнес ее в постель, снял с нее башмаки, укрыл одеялом и уже собирался уйти, когда Джесси поймала его за руку.

— Останься, — прошептала она.

Он посмотрел на нее и медленно покачал головой:

— Неудачная мысль, как мне кажется.

— Пожалуйста. Я боюсь оставаться одна.

— Боишься? Чего?

— Оставаться одной в темноте. — Она крепче сжала его руку. — У меня… Прошлой ночью мне приснился кошмар. И теперь я боюсь спать одна.

— Какой кошмар?

— Не помню его точно. Помню только, что страшно испугалась. Я проснулась и плакала, а рядом никого не оказалось.

Он накрыл ее руку своей и сжал.

— Хорошо, солнышко, я останусь.

— Ты можешь спать в комнате Розы, если хочешь.

Крид покачал головой.

— Я лучше лягу на диване в общей комнате, — он поцеловал кончики ее пальцев и опустил руку.

— Спасибо, Крид.

— Не стоит благодарности, милая. Поспи, тебе надо отдохнуть.