— Ой, зря вы это сказали! У меня, видите ли, очень богатое воображение! Кстати Актор не лишен чувства юмора, но, пожалуй, я не решусь ему доставить такую радость. Самому надо.

Прозвучало как-то…одновременно и обидно, и двусмысленно.

— Поправьте, если я ошибаюсь, но кажется кто-то обещал мне помощь, или это снова были лишь шутки моего болезненного состояния, благородный вер? — я не увидела, а скорее почувствовала, что мужчина перестал улыбаться. О, Древняя, я кажется его задела своим недоверием. Снова.

— Тана Илия, — тон у Витара стал холодным. — Не беспокойтесь, вы все правильно помните. Сейчас мы заедем в одно достойное место, где вы сможете привести себя в надлежащий вид, поужинать и разумеется получить некоторые ответы, на мучившие вас вопросы. Может быть тогда вы решите, что для вас лучше, поверьте, принуждать вас никто не станет.

Я снова почувствовала себя идиоткой. Как-то зачастила я с такими озарениями в отношении себя, в последнее время. Но, вот довериться кому-то безоговорочно, пожалуй, на это я пока просто не способна. А некоторые, по всей вероятности, настолько привыкли решать все самостоятельно, что не могут понять, чем я недовольна. Я тяжело вздохнула. Ладно, это мы тоже должны обговорить и если удастся установить определенные границы, то, возможно, мы и поладим."

"— Простите, вер Витар, мне мою недоверчивость. Нам действительно необходим серьезный разговор, раз вы настаиваете на выполнении обязательств передо мной, хотя я уверена, что вы сделали уже достаточно и это лишнее.

— Уж позвольте мне это решать самому, тана, — довольно едко ответили мне.

Я сочла за благо промолчать. Тем более, что мы уже влетели в городские кварталы, проехав без какой-либо остановки посты охраны, где воины с волчьими шкурами наброшенными на плечи и в пластинчатых доспехах лишь вежливо кивали оборотню. Копыта стучали по мостовой, редкие прохожие шарахались в стороны. Вечер окутывал полумраком серый камень домов и улицы смотрелись мрачновато. Возможно солнце и выкрасит их в более светлый тон и сотрет это ощущение. Но сейчас, мне казалось, что мой приезд сюда — одна большая ошибка. Да только исправить, кажется, не получится.

Еще два десятка минут и Витар натягивает поводья возле довольно большого дома в три этажа. Это гостиница и ресторация, носящая названия «Дева и Кот».

На красочной вывеске довольно талантливо была изображена изящная блондинка нежно обнимающая громадного черного котищу, вернее пантеру, что ласково льнула к груди красотки. Из дверей заведения выскочил прилично одетый мальчишка и поклонившись принял лошадь. А второй наследник, со мной на руках, просто прошел в резные двери темного дерева, где нас оказывается уже ожидали.