Полюбовалась секунду на щекастого мистера Франклина. Со вздохом протянула купюры менту.

– Возьми взад. Если хочешь – сам моим девкам заплатишь. За макияж да за шмотки.

– Значит, поможешь? – просиял опер.

– Помогу, – кивнула она. – Только предупреждаю сразу – твои козы на наших не похожи. Как бы этот чурка-садист их не раскусил. Впрочем, если штукатурки побольше да ботфортики у Марисски взять…

Мент взглянул на часы:

– Лилиана, время тикает!

Она поспешно поднялась с лавочки. Крикнула милицейским козам:

– Эй, девки!

Те поспешно потрусили на зов.

Лилиана скептически оглядела их чистые, без косметики, физиономии. Ну и образины, никакой привлекательности! Ни яркости, ни пухлых губешек. А одеты вообще как кандидатки наук, вешалки. Ни один мужик на них не клюнет.

– Пошли, – приказала она. И, ухмыльнувшись, добавила: – Сейчас устрою вам косметолога. И этого, как его, черта… стилиста.

…Биксы оказались несказанно рады и незваным гостям, а еще пуще – свалившемуся на них заданию. Отрывались по полной программе. В ход пошли чуть не годовые запасы румян и пудры. Девочки охотно жертвовали блестящими топиками и даже почти золотыми массивными серьгами. В ход пошли и чулки в сеточку, и разномастные парики.

Милицейские козы смущались и хмурились, чем несказанно возбуждали сотрудниц Лилианы.

– Ну цирк! Ей-богу, цирк! – прыскала Марисса.

– Шоу Бенни Хилла! – вторила ей Элька.

Лилиана стояла в сторонке и с материнской улыбкой наблюдала за девчачьей суетой. Ай да мент, все бы такими были! Какой концерт девчонкам устроил! Бесплатный цирк!

* * *Нет ничего хуже вечернего часа пик в летней Москве. На дорогах – беспросветные пробки. Клерки, торговцы и менеджеры дружно расползаются из офисов в центре по своим окраинным жилищам. В Москве и без того душно, а к концу дня воздуха, кажется, и вовсе не остается. Сплошной бензин, выхлопные газы да испарения раскаленного асфальта. А поток машин по радиальным проспектам к окраине ползет еле-еле, водители, остервенело вцепившись в руль, подрезают друг друга и ломятся на красный.

Москвичи, выживающие в распаренном городе, и так улыбаются редко, а уж после рабочего дня сил радоваться жизни у них и вовсе не остается. Куда ни глянь – увидишь угретую, недовольную физиономию. В такое время редкому авто удается избежать гневных бибиканий и яростных миганий дальним светом. А для того, чтобы ехать быстрее, чем общий поток, нужно и вовсе быть гонщиком-профессионалом.

…За рулем неприметной «восьмерки» явно сидел профессионал. Он непринужденно обходил авто, застывшие в пробке, по правому ряду. Протискивался в щели между машинами так резво, что оскорбленные водилы даже не успевали сигналить.