– Ну, как же… Но он же… Ты уверена?

– На сто процентов.

– Я не знаю, что сказать… Ему, конечно, нет оправдания.

– Конечно.

– Но, Эль, это все очень тяжело. Наверное, он совсем сломался, когда узнал, что Мишка, которого он так любит…

– А это было до.

– Что?

– До Мишки.

Шах и мат, дорогие мои. Шах и мат. Я бы посмеялась, глядя на их вытянувшиеся лица, если бы так сильно не хотела заплакать.

ГЛАВА 23

ГЛАВА 23"

"Оправдывая мой расчет, новость о Юркиной измене несколько охладила родительский энтузиазм по поводу нашего примирения. Первую неделю сентября даже и разговоров об этом не было.

Конечно, может, тут и то свою роль сыграло, что у меня совершенно не оставалось времени на болтовню. Так быстро все завертелось! Я крутилась как белка в колесе. Учеба, работа, дом, Мишка, наработки Бутенко, которые мне полагалось оформить в статью, домашние дела. Голова кругом. Но в этом был и свой жирный плюс – я падала в кровать и вырубалась как по щелчку. Думать о Юре было некогда. И только когда он заезжал за Мишкой, или, напротив, привозил сына домой, возвращались и боль, и тоска, и злость на то, что Валов позволил всему этому случиться. А еще я, затаив дыхание, ждала, реакции мужа на новость о том, что я в курсе его измены. Нет, конечно, я просила свекровь ничего ему не рассказывать, но все же была не настолько наивной, чтобы не понимать, что рано или поздно это случится. Почему? Потому что она мать. Ей будет некомфортно жить с мыслью о том, что ее сын вовсе не такой идеал, каким кажется. Значит, она непременно попытается его оправдать. Хотя бы в своих глазах. Найдет какое-то разумное объяснение, перевернет нашу историю с ног на голову, и не пройдет и недели, как все станет «не так однозначно». Я в этом даже не сомневаюсь. Таковы жизнь и человеческая природа.

В общем, в этой всей круговерти не оставалось времени лишь на то, чтобы подать заявление о расторжении брака. Несколько раз я заходила на сайт, заполняла форму, но в последний момент что-то непременно меня отвлекало, мешая довести начатое до конца.

– Это не у тебя телефон звонит? – выдергивает меня в реальность звонкий женский голос. Оборачиваюсь к сидящей рядом одногруппнице. Хорошенькая рыжуля. Молоденькая, как и все здесь. Я после истории с Юркой почему-то особенно остро ощущаю то, что старше.

Старше едва ли не на целую жизнь. И это бьет. Ведь кажется, что я никогда уже не смогу улыбаться миру так открыто, как эта девочка. Что все лучшее у меня позади. Увы.

Гляжу на экран, и сердце срывается. Валов! Хочется ответить тут же. Бежать за ним собачонкой. Останавливает строгий взгляд препода по пульмонологии. Сбрасываю. И под крышкой стола пишу:

«Я на паре».

«Когда заканчиваешь? Можем встретиться?»

Хочется спросить – зачем? И как же работа? Я даже на всякий случай сверяюсь с часами.