Я вскакиваю с постели, продолжая прикрываться простыней. Достаю из шкафа первую попавшуюся одежду и молча плетусь в ванную комнату.

– Стой! – звучит за моей спиной.

Оборачиваюсь. Сердце колотится как сумасшедшее. По венам бежит адреналин. Во рту образовывается тошнотворный ком. Я делаю глубокий вдох и осмеливаюсь поднять взгляд вверх, на него.

– Я не понял, что здесь происходит? – лязгает стальной голос.

Глотаю ком. Храбрюсь изо всех сил, отвечая ровным тоном:

– Спроси у своего «брата».

– Спрошу. Потом, – надвигается в мою сторону, делая размашистые шаги. – Дина, я хочу знать, что здесь только что произошло?

– Ничего! – пожимаю плечами, а затем круто разворачиваюсь, чтобы уйти, но...

Цепкие пальцы впиваются в моё плечо. Мужчина тянет меня за руку и я, не удержав равновесия, падаю назад, на широкую грудь.

Большая ладонь зарывается в копне моих волос. Сжимает пряди. Оттягивает назад.

– У меня есть повод свернуть тебе шею? – шепчет над моим ухом, и я вздрагиваю.

– Нет. Отпусти. Мне больно.

Он не отпускает. Вонзает свои шурупы сильнее, оставляя на коже красные отметины.

– Вы мне надоели. Достали. Оба! Отпустите меня. Пожалуйста. Я задыхаюсь в вашей одержимости, – произношу почти что плача.

Глава 1

Дамир

Мчусь по оживлённым улицам мегаполиса. Трель мобильника отрывает мой взгляд от дороги. Хватаю с торпеды телефон и нажимаю кнопку «принять вызов», не глядя.

– Здоров, – звучит на том конце провода. – Прилетел?

– Угу, привет. Вчера.

– Как океан? Как пальмы? Нормально отдохнули? – смеётся. – Или опять сестрёнка сделала вырванные годы?

– Пойдёт, – отвечаю, ухмыляясь.

– Сегодня в девять. Не забыл? – тон становится серьёзным.

– Обижаешь, дружище, – возражаю. Зажимаю трубку между плечом и ухом. Включаю поворотник. Понижаю передачу. – Ни за что не пропущу события века.

– Да ладно тебе, – иронично произносит.

– С тебя два ящика вискаря.

– Один.

– Полтора, – смеюсь. – Мой лучший друг решил жениться. Одного ящика точно не хватит.

– Решил. Наконец-то, – вздыхает.

Примечаю смену настроения. Выгибаю бровь, удивляясь:

– Что не так?

– Отец.

– Тебя это парит?

– Конечно, парит. Как бы тебе сказать… – затягивает паузу. Нарочно.

– Как есть. Говори, – жду. Секунду. Две. Давид молчит. – Эй, ты уснул?

– В общем, моя девочка не совсем во вкусе бати.

– И что? Не ему с ней жить, а тебе!

– Мне. Но суть не в этом. Ты же знаешь моего отца. Если ему что-то не подходит, то…

Друг замолкает. Я тоже молчу, понимая, что он имеет в виду. Эрнест Юсупович – своенравный. Жёсткий. Расчётливый. Во всём видит выгоду, не иначе. С ним трудно. Невыносимо. Двоих взрослых детей он держит в узде. Давид. Анита. Шагу ступить не могут без его разрешения.

– Разберёмся, – поддерживаю друга, а затем резко перехожу на другую тему.