— Но как теперь понять?

— Кто был в той миссии со святейшим? — решительно спросил Шинар.

— Сарен. И сын графа Визмана, кажется. Ещё многие из тех, кого я толком не знаю.

— Допросите одного из них. Или хотя бы поговорите по душам, осторожно.

Я замялась, представляя каждого из знакомых и не очень мужчин за беседой — но даже родной брат не вызвал восторга. Он не зашёл ко мне сегодня, услышав, что я чуть не погибла в подворотне! О каком доверии тут может идти речь?

«Помните, что вы семья», — мелькнули в голове слова отца, оставляя дикую горечь во рту. Может, Аделик и справился бы, но не я.

— Как думаешь, — неожиданно захотелось спросить, — а принцесса Маас, она не могла бы рассказать, почему её родные требуют с нас долг в столь сложное время?

— Трудно ответить. — Шинар изогнул одну бровь. — С чего тебя это интересует?

— Я собралась увидеться с ней завтра… дань вежливости, не больше. Но если бы знать, как так затронуть важную тему…"

"— Не уверен, что это хорошая идея, — нахмурился жених. — Опасно, Лиата. В какой обстановке вы встретитесь?

— Ещё не решила, — изумилась я. — На прогулке? Или позову её к себе.

— Выбери второе, — Шинар слегка отвёл взгляд, будто крепко задумавшись. — Вот что, слушай внимательно. Если захочешь болтать с Маас о погоде и нарядах, я не стану тебе указывать. Но если надумаешь расспросить её о серьёзном — убедись, что рядом нет просвящённых. Да и вообще её свиты. Ни одного лишнего уха и языка.

Я слегка поёжилась и представила себе людей в алом, неотступно следящих за принцессой. Они и Аделика волновали! И раз уж я даже Шинару боюсь сказать про деликатную просьбу брата, её тоже лучше скрыть от чужаков.

— Спасибо, — поблагодарила искренне.

 — А сама Маас, ей можно верить?

Шинар вновь призадумался.

— Скажу так. Будучи в Асхеме зимой, я проделывал то же, что и у вас. Разговаривал с людьми, провоцировал их на откровенность, а по ночам сжигал их кровь. — Он усмехнулся, неожиданно мрачно. — В основном честны со мной бывали те, кто ненавязчиво советовал убираться обратно в Маларию. Принцесса Маас… она исключение. У неё живой ум, много энергии, которую еле сдерживают строгие наставники, и она одна из самых искренних женщин, которых я встречал.

Вот как? Кажется, это замечание должно было меня обрадовать.

Но отчего-то неприятно кольнуло. Надо же, мой жених уже не в первый раз лестно отзывается об асхемке. Она была окружена женским обществом, изящна, мила, хорошо воспитана… а теперь ещё и образец честности и ума!

— Кстати, насчёт ритуалов, — постаралась сменить тему я. — Ты не проверял слова алхимиков?

— Конечно проверил. Всех. Если они и лгали, то по мелочам.

Мы замолчали — я невольно нахмурилась и отвела взгляд, а вот Шинар следил за моим выражением, не отступая.