Но потом прошуршала одежда — и крепкие руки вдруг прислонили меня к плечу.

— Тише."

"Я вцепилась в него изо всех сил. Просто всхлипывала, не в состоянии нормально думать. Было жутко, неимоверно стыдно… И ему, наверное, неудобно в такой позе. Я попыталась встать, он осторожно подхватил моё движение — и пару секунд спустя мы застыли уже на ногах. Я уткнулась в грудь тому, кого недавно считала врагом, и в мире не сталось ничего кроме кольца его рук. Кроме его груди и ладони у меня на волосах.

Он не говорил ничего больше, просто держал.

— Прости… — прошептала я, когда стало чуть легче.

— Не извиняйся. Я услышал почти всё, что хотел, — Шинар еле заметно отстранил меня. — Тебе нужно поспать и успокоиться, завтра будет проще.

Казалось сложным в это поверить, но ноги слабели против воли.

Он всё понял и, придерживая, повёл меня прямо в спальню. Посадил на кровать, в сомнении оглядел комнату и то, как я вновь обхватываю плечи. Рыдания больше не душили, но от одной мысли, что я останусь здесь и провалюсь в сон, что в это время всё потечёт своим чередом, хотелось вскочить и заметаться.

— Не уходи, — попросила я несчастно и совершенно неожиданно для самой себя, поймав очередной взгляд льдистых глаз.

— Не уйду, — успокоил Шинар. — И плевать, кто что подумает. Ты, всё-таки, моя невеста.

Я поражённо вдохнула и не нашла в себе сил ни на что кроме простого кивка.

Он позвал маларскую девушку, чтобы помогла мне раздеться. Ненадолго вышел за дверь, но вернулся снова, когда я нацепила сорочку и закуталась в одеяло по самый нос.

— Просто забудь обо всём и спи, — почти приказал, садясь в кресло.

Я уткнулась в подушку горящим лицом и постаралась успокоить рвущееся наружу сердце.

— Спасибо. За всё.

Чудилось, что я не засну никогда… но стоило расслабиться лишь на миг, провести с закрытыми глазами полминуты, и мысли сами запутались ещё больше, чем раньше. Скоро я перестала улавливать их течение. Наверное, не прошло и пары минут, как меня унесло в спокойную и неожиданно приятную черноту.

* * *Наутро я проснулась от звука мужских голосов. Разговаривали за неплотно прикрытой дверью, на повышенных тонах. Близко… С минуту ещё я лежала, сомневаясь, как себя повести, но затем отыскала домашнюю робу, завернулась в неё и несмело вышла в гостиную.

Аделик с Шинаром сидели в креслах у окна. На моё появление оба встали, и брат без церемоний подался ко мне.

— Лиата. Мы не хотели тебя будить. Как ты себя чувствуешь?

В его глазах плескалось неприкрытое беспокойство. Уверяя, что во дворце остался ещё хотя бы один человек, на которого я могу положиться. Близкий, родной… я слабо улыбнулась в ответ:

— Всё нормально. — И почти не соврала.