Сомов счистил с широкой деревянной плахи грязь, а потом, поднатужившись, поднял ее вверх. Он с трудом опустил ее на землю. В это время Алексей уже заглядывал в яму, где чернели три брезентовых мешка.

– Давай, лезь вниз, раз хочешь тоже себе пропуск на свободу, – заявил Сомов.

Лейтенант спустился в яму, чувствуя на себе ледяной взгляд напарника. Тот вдруг усмехнулся:

– Не боишься тут, внизу, остаться? Перережу тебе глотку, и поминай как звали. Зачем мне лишний рот, особенно такой болтливый, как у тебя.

Алексей не отвел глаз, выдержал пронзительный взгляд Сомова:

– Не боюсь. Тут часовые кругом, побоишься шум поднимать. Если услышат, то из этой ямы никто уже не выберется. Никакие документы не помогут.

– Болтливый, а не дурак, – Сомов принялся забирать один за другим мешки с важными сведениями. И в конце концов все-таки подал руку Алексею. – Давай, выкарабкивайся.

А когда он оказался наверху, предупредил:

– Ты только болтай поменьше, а то ляпнешь лишнего. Беда у тебя с языком.

– Спасибо за совет, – сказал Савельев.

И вдруг с размаху засадил кулаком прямо в живот предателю. Тот согнулся, хватая воздух ртом. Вторым ударом контрразведчик свалил его с ног, хотя сразу же парень успел боднуть его головой и попытался сбежать. Савельев с размаху прыгнул и успел ухватить его за ноги, получил в лицо ударом сапога. И, ослепнув от боли, вцепился в противника. Вслепую он смог перехватить его за руку, заломить пальцы вверх, а потом вывернуть ладонь.

Сомов задергался от боли, застонал сквозь зубы. Оперуполномоченный заломил лейтенанту за спину руку, а дальше ремнем накрепко связал преступника.

– Ах ты, шкура продажная, что делаешь, – тихонько простонал шпион. Он попытался вырваться, но Алексей знал точно, что он побоится кричать или сопротивляться, чтобы не привлечь внимания охранников.

Отдышавшись от короткой схватки, Алексей уже спокойно ответил:

– Это ты продажный, готов свою свободу на жизнь других людей обменять.

– Чего ты хочешь, а? – тихо спросил Савельева пленник. – Медаль? Славу? Забирай документы, только отпусти меня. Я же тебе по-человечески рассказал, нельзя мне в лагерь, не смогу я там. А ты мне… наврал с три короба. Своим языком брехливым."

"– Ну, во-первых, документы я заберу и без твоего разрешения. А тебе я не соврал ни слова… почти, – Савельев принялся таскать тяжелые мешки в сторону, подальше от ямы. – И у немцев я был, завербовали меня. Так что я тоже, как и ты, шпион, предатель, немецкий агент и изменник родины. Почти. Это сверху, а внутри я Алексей Савельев, младший лейтенант контрразведки, оперуполномоченный отдела СМЕРШ.

Савельев оглянулся в сторону аэродрома, там уже суетились охранники, которые заметили какой-то шум в лесочке неподалеку.