— Владимир Алексеевич звонил, — сообщил мне Борис Натанович, когда я был фактически на пороге.

— Уже? — обрадовался я. — А почему не мне?

— Потому что ты не оставил своего ленинградского телефона. Даже не сказал, в какой гостинице остановился.

— Да, верно, — пробормотал я. — В «Астории».

— Неплохо, — одобрил Аркадий Натанович.

— Так что сказал Владимир Алексеевич? — спросил я.

— Они совместили координаты и вычислили гипотетическое место нахождения твоей двойной звезды, — сказал Борис Натанович. — Получилось двести тридцать девять световых лет от Солнца.

Это была хорошая новость. Двести тридцать девять световых лет означало, что шанс поймать радиосигнал есть.

— А… — начал я.

— Нет, — покачал головой Борис Натанович. — Пока не смотрели. Не так быстро. Нужно дождаться окна.

— Погодного?

— В том числе. Но главным образом окна в очереди. Наблюдения расписаны вперёд, нельзя вот так взять и сломать очередь по чьему-то капризу. Даже твоему, — он улыбнулся.

— Понял, — сказал я. — Спасибо, Борис Натанович, позвоню Владимиру Алексеевичу, уточню что и как.

Я пожал руки братьям и откланялся.

Звонок директору обсерватории, который я сделал, вернувшись в гостиницу, подтвердил всё, что сообщил Борис Натанович. Владимир Алексеевич продиктовал мне подробные координаты предполагаемой системы двойной звезды и заверил, что в ближайшее время астрономы проверят её фактическое наличие или отсутствие.

— Могу подключить крымских коллег, если нужно, — сказал он. — Дабы ускорить процесс.

— Это хорошая мысль, — согласился я. — Подключайте, Владимир Алексеевич. В долгу не останусь.

Я знал, что говорил, и директор Пулковской обсерватории тоже знал, что говорил я. Человек с моими связями мог здорово помочь обсерватории с новейшим оборудованием или любыми иными проблемами, которые всегда хватает.

Потом был Эрмитаж, где я в очередной раз дал себе слово приехать в Ленинград ещё неоднократно; Петропавловская крепость; Васильевский остров; вечер, ужин в ресторане и крепкий сон без сновидений. Утром двадцать третьего апреля я проснулся, позавтракал, погулял по городу напоследок (Летний сад и окрестности).

Рейс 2520 Ленинград-Москва, время отправления объявили без задержки. Всё тот же, уже ставший чуть ли не родным, Ту-104 принял нас внутрь. Пассажиров, как я определил на глаз, было не слишком много, человек пятьдесят — половина от полной вместимости самолёта. Две улыбчивые стюардессы направляли всех во второй и третий салон. Вероятно, это было как-то связано с правильным распределением. Второй так второй.