Придумай несколько торжественных выходов, научи невесту, как показать себя с лучшей стороны, — распорядилась она.

— Так ты берешься? Пожалуйста. Я даже отдам тебе деньги, которые прислала леди Агата!

В эту минуту она поняла, что, если сейчас убежит, Кэбот не выдаст ее. Это было не в его характере. Он был добр. Не то что она.

И Летти также понимала: Кэбот не думал, что она поможет Бигглсуортам просто из-за своей порядочности, сочувствия, жалости или иных чувств, которые заставляли таких людей, как сэр Эллиот, Бигглсуорты и доктор Бикон, поступать именно так, а не иначе. Потому что Кэбот считал ее жестокой. Не такой, как они. И был прав.

Только почему ей хотелось расплакаться?

— Летти, — тихо и умоляюще произнес он.

Она смахнула предательские слезы и повернулась к нему.

— Останешься и поможешь этим людям устроить свадьбу, а тем временем будешь спать на пуховых перинах?

— Да.

— Носить дорогие платья?

— Да.

— Есть вкусные вещи и пить тонкие вина?

— Да.

— А потом за хлопоты получишь хорошо набитый кошелек?

— Да.

И буду рядом с ним…

— Конечно, — сказала она. — Думаю, с девушкой могло случиться кое-что и похуже.

Глава 18

Если сюжет слабый, добавьте роскошных костюмов.

Не прошло и двадцати минут после того, как Кэбот, давясь словами благодарности, вышел из комнаты, и, прежде чем Летти успела передумать, в ее дверь снова постучали.

Она села на кровати, на которую легла, чтобы почитать, закрыла книгу и спрятала ее под подушку.

— Войдите. — Появилась Анжела с Фейгеном на руках. Лохматый песик определенно потолстел, и вид у него был ухоженный.

— Тетя Эглантина попросила меня отнести к вам Ягненочка, — сказала девушка, усаживая собачку на подушку. Фейген, бросив на Летти беглый взгляд, спрыгнул на пол, направился к двери и уселся перед ней. Повернув голову, он снова посмотрел на Летти.

— По-моему, ему нравиться тетя Эглантина, — заметила Анжела."

"Что тут может не нравиться, спросила себя Летти. Он накормлен, в безопасности, впервые в жизни ему хорошо. Наконец-то не надо бояться быть раздавленным экипажами на лондонских улицах или быть пойманным и затравленным на запрещенных собачьих боях.

Она не винила беднягу за то, что ему хочется извлечь максимум удовольствия из создавшейся ситуации. Она сама делала то же самое. Они с Фейгеном вели себя одинаково: оба жили под чужими именами, выдавая себя не за тех, кем были на самом деле. Обоим хотелось, чтобы это никогда не кончалось.

— И тетя Эглантина ужасно полюбила его, — сказала Анжела.

— Так пусть они наслаждаются обществом друг друга, — улыбнулась Летти. — Пожалуйста, выпустите его. Я уверена, он найдет дорогу. Он очень умен.

— Спасибо, — улыбнулась Анжела. — Тетя Эглантина так нуждается в компаньоне.