Надавливает, убеждаясь, что за пару часов она никуда не делась.

Чертов оборотень!

— Я хотела поговорить с тобой об одном моменте.

Вывернулась из рук Берга, направляясь к кухне. Сейчас мне нужна вся моя смелость, сила и прочие качества, которые бесили мужчину. Потому что в последнее время этого во мне всё меньше.

Оказывается, когда перестаешь постоянно бороться с этим, весь запал сам по себе опадает. Как шелуха летит вниз, ненужной бронёй.

— Берг, ты помнишь о нашей сделке, — произношу отрывками, цепляя ложкой подсолнечный мёд. — Ты только не рычи сразу… Но… Мы говорили, что когда я рожу тебе наследника, то ты позволишь мне уйти. Так вот…

Договорить мне мешает рычание Зверя. Берг только сжимает кулаки, а вот Медведь толкает меня к столу, сжимая пальцами бёдра. Вдавливает собой, пока я упираюсь ладонями в столешницу.

Удивительно, как я хорошо научилась понимать — кто из них сейчас касается меня.

— Уйдёшь? — Берг прижимается лицом к моей шее, тяжело дышит. И я чувствую, как нить между нами звенит. — Нихера ты…

— Дай мне договорить.

— Нет. Помолчи, куколка, и не нарывайся. Ты никуда не пойдешь, поняла меня?! Никуда.

— Я тебя прокляну! — угрожаю, но тут же давлюсь своими словами. Берг целует меня в шею, позвонки, плечи. Прикусывает кожу на ключице. Каждую клеточку. — Ну Берг. Мы говорим… Ты не…

Пытаюсь собрать мысли воедино, но это так сложно. Когда его пальцы стягивают с меня юбку, возбуждение упирается в ягодицы. Напоминает, как хорошо мне бывает с этим мужчиной.

— Нет!

Произношу неожиданно твердо, чувствуя дрожь в теле. Разворачиваюсь к Бергу, укладывая ладони на его плечи. Глаза горят алым, на лице — решительность.

Мой привычный Истинный.

— Сначала ты выслушаешь меня. Потому что я не собираюсь заниматься с тобой сексом, пока ты злой.

— Раньше тебя это не останавливало.

— Невыносимый! — заявляю, а руки сами стягивают с него кофту. — Я хочу уйти на три дня, Берг.

— Никуда ты не… Три дня?

— Осеннее солнцестояние, ведьмы отправляются в горы. И я не пошла в прошлом году из-за Тимы. Но теперь-то я могу. Можно же, Альфа?

Смеюсь, когда мужчина подхватывает меня под ягодицы, усаживая на стол. Целует, ведёт ладонями по моим ногам. Очерчивает коленные чашечки, внутреннюю сторону бёдер. Пока не накрывает мой клитор через ткань белья, надавливая.

— И кто там будет? — спрашивает невинно, будто не заставляет магию в крови кипятиться. — Ну?

— Новая Верховная, и ты знаешь, что она тебя обожает. И Мари. И… — стону, когда его пальцы толкаются в меня. — И другие ведьмы. И Татья будет. Пож-жалуйста.

— О чём именно ты просишь? Отпустить или трахнуть?

— Берг!

Он улыбается, довольный эффектом. Едва слышно рычит, когда тяну вниз его брюки. Обхватываю член, смотря в тёмные глаза.