– Это че, обоссаться, что ли? – уточнила девка, затихнув на миг, и тут же опять затряслась.

– Вообще да, – кивнула Маша, – я понимаю, что противно, но без этого нельзя. Смотри, ты не очень старайся, припадок все равно ненатуральный, а вот язык можешь прикусить запросто. Как тебя зовут?

– Ира, – представилась проститутка и прекратила свой спектакль так же внезапно, как начала.

– Замечательно. А я Маша. Скажи пожалуйста, Ира, откуда ты знаешь, что он лысый, если он был в кепке?

– По опыту. Ночью в машине только лысые в кепках ездют. Чтоб голова не мерзла, – всхлипнула проститутка и окончательно успокоилась.

– Логично, – кивнула Маша, – но под кепкой волос не видно, они могли быть у него любые: короткие, длинные, темные, светлые.

– Ага, – кивнула Ира, – волос не было видно. Могли быть любые. Но в кепках обычно лысые.

– Ты не помнишь, он торговался?

– Не-а, – проститутка уверенно помотала головой, – я ж грю, культурный мужчинка.

– Как тебе показалось, ему было все равно, кого из вас взять, или он выбирал?

– Он сразу сказал, что ему надо беленькую и потоньше. Катька на самом деле русая, как я, но красится в блондинку. И худей меня. У меня сорок шестой, а у нее сорок второй, блин. А ваще, это, все, мусорки, мне выпить охота, очень срочно и пожрать чего-нибудь. Хотите узнать про лысого, купите мне шашлыка и водки, посидим, поговорим как люди. Катьку надо помянуть? Надо!

– Слушай, дорогая, а шнурки тебе не погладить? – разозлился Саня. – Этот лысый, между прочим, сестру твою зверски убил, родную, единственную, а ты торгуешься, как на базаре: шашлыку ей, водочки. Совесть есть у тебя?

– При чем здесь совесть? Я жрать хочу. Из-за вас ничего не заработала. И ваще, блин, ты, мусор, лучше молчи. Не умеешь ты с людьми разговаривать.

– Правда, не умею. Был бы на моем месте другой, он бы с тобой, сама знаешь, как поговорил. А я цацкаюсь, – разозлился Саня.

– Да на, бей, хоть совсем замочи, ну? – рявкнула проститутка и надменно отвернулась. – Ничего больше не скажу, понял?

– Почему бы нам правда не угостить девушку? – тихо предложила Маша. – Здесь темно, холодно. Давайте доедем до какого-нибудь ближайшего ларька, купим шашлыку, посидим в машине и поговорим.

Саня поразился, как легко и быстро вписалась американка в странную для нее ситуацию, сумела найти общий язык с шальной подмосковной девкой, не выразила ни ужаса, ни удивления, вела себя настолько естественно, словно это для нее было обычным делом – допрашивать российскую шалаву ночью на трассе."

"Пока шли к машине и ехали до ближайшего круглосуточного шашлычного ларька, Маша спокойно, без всяких угроз и хитростей, умудрилась выяснить, что проститутка Ира жила со своей сестрой Катей на улице Немчинова, сразу за Кольцевой дорогой, в угловой панельке, на первом этаже.