— И когда мы встретились…

— Да! Я была в шоке от самой себя! Что я тебя захотела! Снова, как раньше, — как же это приятно слышать.

— Марина. Это даже круче, чем твое вымученное ""люблю"".

— Только не надо надевать на себя корону.

— Замолчи. Иди сюда, — прижимаю ее к себе, — ты не понимаешь. Просто мы друг для друга. Мне тоже ни с кем не было так хорошо. И в постели и в жизни. Даже когда ты по роже мне обещаешь дать.

— Правда?

— Правда. А ты про каких-то блондинок.

Она молчит, потом выдает.

— Но Андрею я при встрече по зубам заеду! Трепло!

— Тихо. Не надо. Он потому и сказал. Потому что тоже мужик и понимает. А теперь я к нему и правда ревновать не буду. Вот вообще.

— Да? Так ты, получается, меня теперь вообще ревновать не будешь?

— Размечталась. Буду. Еще как. Вот только попробуй еще раз такую херню устроить. Не забывай. У меня есть хороший метод. В прошлый раз он тебе не понравился.

— Я могу отплатить той же монетой. Будет у меня по две недели голова болеть.

— Не надо. Все. Проехали. Пойдем в кровать. Я тебя еще не долюбил.

— А силы остались?

— На тебя у меня они всегда найдутся! Главное, чтобы нервов хватило!

Вот так мы привыкали к новой жизни. Не все было просто и гладко. Не раз еще возникали споры, недоразумения и даже скандалы. Но главным оставалось то, что мы оба понимали — мы друг для друга, и по-другому никак. Неделимы, неотъемлемы. Остальное мелочи. Постепенно все утряслось, наладилось, вошло в свое русло. Мы переехали в Англию, а летом сыграли свадьбу. Это было более, чем прекрасно, но мне больше всего врезалась в память ночь у костра в День Ивана Купала.

Волшебство витало в воздухе, перенося назад на много лет, как будто не было стольких горестей и печалей, как будто мы снова юны и беззаботны. Моя колдунья в моих руках, ее зеленый взгляд сводит с ума, венок на голове превращает в юную девчонку, родную и любимую. Ту ночь я запомню навсегда, и утро, когда Марина сказала мне, что в ней растет наше продолжение, скоро мы снова станем родителями. Я сразу был уверен, что будет сын. Так и случилось. Моя гордость, мой мальчик появился на свет через девять месяцев.

Безоблачной беременности не получилось, много было переживаний, страхов. Как ни старался я успокоить Маришу, получалось плохо. То, что пережила она, не могло пройти бесследно, да и врачи все время находили поводы для беспокойства. Но мы справились. Моя самая сильная девочка снова преодолела все трудности и вышла победительницей, с гордо поднятой головой и сыном на руках.

Мы с Зорей встречаем маму около больницы. Цветы, шарики, но главное — счастливые глаза. Ее, мои, наши. Принимаю из рук Марины драгоценный сверток, душу распирает от гордости и любви.