Заслышав это, Клейтон окончательно развеселился и посмотрел на брата с комическим ужасом.

— Бедный Уиттиком! — воскликнул он. — Ты меня поражаешь, Стивен. Он отличный доктор, но не мог же он предсказать рождение ребенка с точностью до минуты С Уитни он просидел около двенадцати часов.

— Правда? — с издевкой спросил Стивен. — И ты, конечно же, страшно благодарил его за то, что он ничем не смог ускорить события и заставил тебя мыкаться внизу, утешая себя надеждой, что Бог оставит в живых твою жену.

— Да, я, кажется, говорил ему что-то вроде этого, — ответил Клейтон, внимательно разглядывая свой стакан, чтобы скрыть улыбку.

— Да-да, я подтверждаю, — раздался вдруг голос доктора Уиттикома, который неожиданно вошел в комнату, застав всех врасплох. Он улыбался и вытирал руки белым полотенцем. — Правда, за несколько часов до этого вы грозились, что выкинете меня сверху за… одно место и сами возьмете на себя роль повивальной бабки Он ободряюще улыбнулся Ники, который прямо-таки впился в него взглядом — Там, наверху, славно потрудились и страшно устали, но все тем не менее очень хотели бы вас видеть.

Он замолчал и расплылся в улыбке, глядя, как новоиспеченный папаша, не говоря ни слова, огромными шагами пересек комнату и бросился вверх по лестнице, после чего доктор повернулся к новоявленным бабушке и дедушке, которые горели нетерпением узнать, кто же родился — мальчик или девочка.

А где-то далеко-далеко наверху — за пределами мира, где произошла эта история, — Сара Скеффингтон с улыбкой смотрела вниз на все происходящее, довольная тем, как она сумела распорядиться тремя маленькими чудесами, которыми в ее мире одаривался каждый новорожденный. Все три чуда могли быть использованы в строго определенных пределах и границах, установленных истинным Творцом чудес, но Он одобрил все три, включая выздоровление мадам Дю Билль, чтобы она могла увидеть своего внука.

Не подозревая ни о чем, Джулиана сидела, обложенная подушками, и писала письмо своей бабушке:

«Дорогая моя бабушка, Пять дней назад у нас родился сын, и мы назвали его Джоном. Ники очень гордится им и просто пьян от счастья, что у Джона есть еще и сестренка-двойняшка. Мы назвали ее Сарой — в твою честь. Бабушка, ты всегда со мной, ты живешь во мне — в моих мыслях и в моем сердце…»"