Прям жуть, — передергивает плечами, корча при этом лицо. Спасибо. Отличное напоминание, что меня сегодня ждет. — Мне, блин, стыдно, что ты такая при красавчике будешь. Сонь, — плюхается ко мне на постель, тем самым вызывая во мне неконтролируемое бешенство от того, как сильно запружинила кровать. — А что он тут вчера делал? Я подслушала, папа сказал маме, что встретил вас вечером мокрых без одежды. Вот только я не поняла, вы были все же голые или полуголые? Он чего тебя того? И как оно? И ты была вот такая же ненакрашенная и с этими жуткими синяками под глазами? А там ты хоть побритая? — переводит взгляд на мой пах. Были бы силы, дала бы Даше со всей силы в морду. Вот прям так, чтобы отскочила к чертовой матери с кровати лицом в пол, а потом ходила бы неделю с синяками под глазами. И непременно сопела с переломанной носовой перегородкой, оповещая всех о своем присутствии. Вот только оставшиеся силы я лучше потрачу на посещение фаянсового товарища без посторонней помощи. — Сонь?

— У меня там прекрасная и длинная шевелюра, — не задумываясь бросаю я, подтянувшись к изголовью кровати. — Бестужев мне как раз делал интимную прическу, а именно заплетал там косички. А потом на радостях от полученного результата мы совершили свадебный обряд в воде и понеслось.

— Ой, не хочешь, ну и не говори. Я как лучше хочу, а ты ведешь себя как свинья.

— Какая есть.

— Ладно, забыли, у меня к тебе просьба. Только не говори нет. Я тут подумала и вот чего решила. Я хочу в Москву вместе с тобой, — тянется рукой к моим волосам, от чего я резко одергиваю ее ладонь. Хватит, нагладил уже один на всю жизнь вперед. — Будем жить вместе в доме Бестужева, ну и я тебе типа помогать буду. И родное лицо, тебе лучше будет и мне. Как раз успею оформиться в какую-нибудь элитную школу.

— А чем тебе здесь плохо?

— Здесь хорошо. Но…

— Что но?

— Ай ладно, ничего. Потом поговорим, а то ты капец какая злая.

— Ну раз ничего, будь так добра, подкати поближе кресло. Буду тебе очень благодарна.

Даша, как ни странно, без пререканий подкатывает кресло ближе к кровати.

— Может тебе помочь или Варю позвать? — вот это что сейчас было? Откуда этот приступ сестринской заботы?

— Не надо никого звать, — зло бросаю я, выжимая из себя последние силы. Тело как будто ватное. Но понимаю, что если не справлюсь сама, то все, мне однозначно конец. — Я сама в состоянии.

То, что за мной наблюдает Даша — дико раздражает, но это, как ни странно, подстегивает меня выполнить, казалось бы, наипростейшие вещи максимально быстро и без фиаско.

* * *Я не знаю сколько я нахожусь в уборной, по ощущениям минут десять, но подсознательно чувствую, что кто-нибудь сейчас зайдет. Дико хочется закрыть замок на двери и побыть хоть разочек одной.